58. Европейский Суд хотел бы особо выделить два критерия, которые всегда могут подразумеваться…: - интересы и благополучие детей, в частности серьезность сложностей, с которыми дети заявителя могут столкнуться в стране, в которую высылается заявитель; и - прочность социальных, культурных и семейных связей со страной пребывания и страной назначения» (пункт 41 постановления от 11 февраля 2010 г. по делу Закаев и Сафанова против Российской Федерации). Хотя указанные выше критерии38 должны способствовать применению национальными судами статьи 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] в делах о выдворении, значение, придаваемое тому или иному критерию, будет различным в зависимости от особых обстоятельств каждого дела (пункт 80 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). [Д]олжны быть учтены такие факторы, как уровень нарушения семейной жизни, уровень связей в государстве-участнике, существуют ли непреодолимые препятствия для проживания семьи в родной стране для одного или более из них и существуют ли там факторы иммиграционного контроля (например, случаи нарушения иммиграционного законодательства) или соображения общественного порядка, свидетельствующие в пользу исключения… Другим важным фактором может стать вопрос, началась ли семейная жизнь после того, как конкретные лица были предупреждены о том, что иммиграционный статус одного из них делал сохранение семейной жизни в принимающей стране изначально рискованным (пункт 82 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). [В]ыдворение члена семьи является самой крайней формой вмешательства в право на уважение семейной жизни. Любое лицо, которому угрожает риск вмешательства такой степени, должно иметь в принципе право на определение соразмерности и обоснованности такой меры независимым судом с учетом соответствующих принципов статьи 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод]. Гарантии, предусмотренные Конвенцией, требуют, чтобы соответствующее вмешательство являлось не только законным, 38 См. (выше) пункт 41 постановления от 11 февраля 2010 г. по делу Закаев и Сафанова против Российской Федерации. но также соразмерным преследуемой законной цели, с учетом особых обстоятельств дела, и чтобы положения внутригосударственного законодательства не толковались и не применялись способом, несовместимым с обязательствами государства в соответствии с Конвенцией (пункт 52 постановления от 26 июня 2014 г. по делу Габлишвили против Российской Федерации). [Н]аложение запрета на проживание на неопределенный срок является чрезмерно строгой мерой, которую Суд счел несоразмерной преследуемой законной цели в множестве ранее рассмотренных дел (пункт 59 постановления от 26 июня 2014 г. по делу Габлишвили против Российской Федерации). По мнению Европейского [C]уда, право должностных лиц применять меру в виде выдворения может создавать важное средство предотвращения серьезных и неоднократных нарушений иммиграционных правил. Схема применения национального иммиграционного законодательства, которая… основана на административных санкциях в виде выдворения, не нарушает статью 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод]. В любом случае Европейский [С]уд не должен абстрактно рассматривать соответствие иммиграционных процедур Конвенции, но должен убедиться конкретно, какое влияние оказало применение таких процедур на права заявителя, предусмотренные статьей 8 Конвенции (пункт 93 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). [Р]ебенок, рожденный от брачных отношений, в силу самого закона является частью этой «семьи» с момента его рождения и в связи с ним… Таким образом, между ребенком и его родителями существует связь, составляющая семейную жизнь. Наличие или отсутствие «семейной жизни» - по существу вопрос факта, зависящий от реального существования на практике близких личных связей, например, проявляемый интерес и признание отцом ребенка до и после рождения (пункт 70 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). [В]опрос о том, имел ли заявитель личную и/или семейную жизнь в значении пункта 1 статьи 8 Конвенции, должен быть рассмотрен с учетом его положения в то время, когда оспариваемая мера была к нему применена (пункт 74 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). Европейский Суд указывал в делах, касавшихся высылки оседлых мигрантов, что, поскольку статья 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] защищает право на установление и развитие отношений с иными людьми и окружающим миром и иногда может охватывать вопросы социальной идентичности лица, следует признать, что совокупность социальных связей между оседлыми мигрантами и обществом, в котором они проживают, частично составляет понятие «личной жизни» в значении статьи 8 Конвенции… Несмотря на наличие или отсутствие «семейной жизни», высылка оседлого мигранта, таким образом, составляет вмешательство в его право на уважение «личной жизни». В то же время от обстоятельств конкретного дела зависит, на каком аспекте Европейскому Суду будет необходимо сосредоточить свое внимание: «семейной жизни» или «личной жизни» (пункт 194 постановления от 5 июня 2012 г. по делу Шакуров против Российской Федерации). Что касается понятия «семейной жизни», Европейский [C]уд напоминает, что согласно его прецедентной практике понятие семьи в значении статьи 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] включает в себя не только зарегистрированные супружеские отношения, но и другие «семейные» связи, которые предусматривают, что их участники живут совместно вне законного брака (пункт 69 постановления от 27 сентября 2011 г. по делу Алим против Российской Федерации). [Х]отя в статье 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] не содержится прямых процессуальных требований, процесс принятия решений, ведущий к вмешательству, должен быть справедливым и должен обеспечивать надлежащее соблюдение интересов частного лица, охраняемых статьей 8 Конвенции (пункт 34 постановления от 7 марта 2017 г. по делу Каменов против Российской Федерации). [В] тех случаях, когда речь идет о детях, необходимо учитывать их законные интересы, а национальные органы, принимающие решения, должны, в принципе, принимать во внимание и оценивать доказательства на предмет практической целесообразности, осуществимости и соразмерности любой высылки родителя, не являющегося гражданином страны, с целью обеспечения эффективной защиты и важного значения законных интересов детей, непосредственно затрагиваемых данным обстоятельством (пункт 39 постановления от 7 марта 2017 г. по делу Каменов против Российской Федерации). Практика Европейского Суда по правам человека в отношении третьих государств В практике Суда по применению норм Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] в отношении мер по выдворению и экстрадиции основное значение постоянно уделялось понятию «семейной жизни», которое толковалась, как распространяющееся на фактическую «семейную жизнь», которую ведут на территории государства-участника Конвенции законно проживающие там иностранцы, причем понятие семьи в «семейной жизни» обычно ограничивается core family39…. Однако Суд также постановил, что Конвенция не предусматривает права, как такового, начать и вести семейную жизнь в конкретной стране (пункт 94 постановления Большой Палаты от 9 октября 2003 г. по делу Сливенко против Латвии).40 Суд отмечает, что предметом его рассмотрения всегда должны быть оспариваемые решения национальных властей и юридические основания, по которым они принимались. Он не может учитывать какие-то альтернативные юридические основания, представленные правительством-ответчиком с целью обосновать соответствующие действия, если эти основания не отражены в решениях компетентных национальных властей или не являются их неотъемлемой частью (пункт 103 постановления Большой Палаты от 9 октября 2003 г. по делу Сливенко против Латвии). [Международный] договор41 не может служить достаточным основанием для того, чтобы лишить Суд его полномочия рассмотреть вопрос о том, имело ли место вмешательство в осуществление прав и свобод заявительниц в свете положений Конвенции, и если да, то было ли такое вмешательство обоснованным (пункт 120 постановления Большой Палаты от 9 октября 2003 г. по делу Сливенко против Латвии). Суд далее отмечает, что в своей практике постоянно относил выдворение проживших в стране длительное время жителей к вопросам «личной жизни», а также «семейной жизни», придавая в этом контексте определенное значение степени социальной интеграции соответствующих лиц (пункт 95 постановления Большой Палаты от 9 октября 2003 г. по делу Сливенко против Латвии). Мера, которая является вмешательством в осуществление прав, гарантированных пунктом 1 статьи 8 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод], может рассматриваться как «необходимая в демократическом обществе», если она была предпринята в ответ на насущные социальные потребности и если использованные средства соразмерны преследуемым целям. Национальные власти пользуются определенной свободой усмотрения в этом вопросе. Задача Суда заключается в том, чтобы установить, обеспечивали ли оспариваемые меры справедливый баланс между затрагиваемыми интересами, а именно защищенными Конвенцией правами физических лиц, с одной стороны, и интересами 39 Англ. «малая, нуклеарная семья, т.е. родители и дети» – прим.перев. 40 Режим доступа: http://hudoc.echr.coe.int/eng?i=001-94137 41 В рассматриваемом случае речь шла о Договоре между Российской Федерацией и Латвийской Республикой об условиях, сроках и порядке полного вывода с территории Латвийской Республики Вооруженных Сил Российской Федерации и их правовом положении на период вывода от 30 апреля 1994 г. общества, с другой (пункт 113 постановления Большой Палаты от 9 октября 2003 г. по делу Сливенко против Латвии). Практика Комитета по правам человека [В] тех случаях, когда одна часть семьи должна покинуть территорию государства-участника, в то вре