1. Практика Комитета по правам человека
Право сношения с защитником требует, чтобы обвиняемому был предоставлен скорый доступ к защитнику. Защитнику должна быть предоставлена возможность встретиться со своим клиентом без свидетелей и общаться с обвиняемым в условиях, которые полностью обеспечивали бы конфиденциальность их общения5. Кроме того, адвокаты должны иметь возможность консультировать и представлять лиц, обвиняемых в уголовном преступлении, в соответствии с общепризнанными принципами профессиональной этики без каких бы то ни было ограничений, воздействия, давления или неправомерного вмешательства с какой бы то ни было стороны (пункт 34 Замечания общего порядка № 32. Статья 14: Равенство перед судами и трибуналами и право каждого на справедливое судебное разбирательство. Принято Комитетом по правам человека на его 90-й сессии (9-27 июля 2007 г.). Размещено 23 августа 2007г. CCPR/C/GC/32). 5 Сообщения № 1117/2002, Хомидова против Таджикистана, пункт 6.4; № 907/2000, Сиражев против Узбекистана, пункт 6.3; № 770/1997, Гридин против Российской Федерации, пункт 8.5. 9 Право подозреваемого (обвиняемого) на участие защитника (адвоката) при использовании системы видеоконференц-связи Что касается применения видеосвязи, Европейский Суд напоминает, что эта форма участия в судебном процессе не является несовместимой в соответствии с понятием справедливого и публичного разбирательства, но должна гарантировать возможность для заявителя участвовать в процессе и быть выслушанным без технических препятствий, а также обеспечивать эффективное общение с адвокатом без свидетелей (пункт 83 постановления от 9 апреля 2009 г. по делу Григорьевских против Российской Федерации). [И]спользование права на юридическую помощь имеет большое значение, когда заявитель принимает участие в судебном процессе посредством видеосвязи (пункт 92 постановления от 9 апреля 2009 г. по делу Григорьевских против Российской Федерации). Право обвиняемого на общение со своим адвокатом без риска быть услышанным третьим лицом является частью базовых требований о справедливом судебном разбирательстве в демократическом обществе и вытекает из подпункта «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции... Если адвокат не может совещаться со своим клиентом и получать от него конфиденциальные инструкции без такого наблюдения, его помощь теряет значительную часть пользы, в то время как Конвенция предназначена для того, чтобы гарантировать практические и эффективные права (пункт 97 постановления от 2 ноября 2010 г. по делу Сахновский против Российской Федерации). 6 6 «Заявитель по настоящему делу имел возможность беседовать со вновь назначенным защитником в течение 15 минут сразу после начала заседания. Европейский Суд считает, что с учетом сложности и серьезности дела предоставленного времени явно недостаточно для заявителя, чтобы обсудить материалы дела и убедиться в том, что знание материалов дела и правовая позиция А. являлись приемлемыми » (пункт 103 постановления от 2 ноября 2010 г. по делу Сахновский против Российской Федерации). «Кроме того, спорным является вопрос о том, обеспечивала ли видеосвязь достаточный уровень конфиденциальности. Европейский Суд отмечает, что в упоминавшемся выше деле «Марчелло Виола против Италии» … заявитель мог разговаривать со своим защитником посредством телефонной линии, защищенной от любых попыток перехвата. В рассматриваемом деле заявитель был вынужден использовать систему для видеоконференций, установленную и управляемую государством. Европейский Суд полагает, что заявитель обоснованно мог испытывать дискомфорт при обсуждении дела с А.» (пункт 104 постановления от 2 ноября 2010 г. по делу Сахновский против Российской Федерации). «Кроме того, в … деле «Марчелло Виола против Италии» защитник обвиняемого мог направить заменяющего адвоката в комнату видеоконференции или, наоборот, лично посетить своего клиента и поручить адвокату, заменяющему его, защиту клиента в суде. Аналогичный вывод был сделан в … деле Голубева, где Европейский Суд не усмотрел нарушения статьи 6 10 Право на бесплатную юридическую помощь в аспекте обеспечения права на защиту [В] соответствии с подпунктом «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции обвиняемый имеет право на назначение ему защитника бесплатно, «когда того требуют интересы правосудия» (пункт 89 постановления от 9 апреля 2009 г. по делу Григорьевских против Российской Федерации). Европейский [С]уд … отмечает довод заявителя относительно обязанности возместить государству расходы по выплате гонорара А. Европейский [С]уд полагает, что в контексте подпункта «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции понятие «бесплатный» имеет четкое и определенное значение: «безвозмездно, даром», «ничего не стоящее или не имеющее цены, предоставленное или выполненное без расходов или оплаты» … Что касается подпункта «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции, Европейский [С]уд отметил в деле «Круассан против Германии» …, что право на бесплатную юридическую помощь не является абсолютным и подобная помощь предоставляется только если обвиняемый «не имеет Конвенции в связи с проведением заседания посредством видеосвязи, поскольку, в частности, «два защитника заявителя присутствовали на заседании суда кассационной инстанции (в зале суда) и могли поддерживать или развивать доводы защиты... Заявитель мог консультироваться со своим защитником до заседания. Кроме того, поскольку у заявителя было два защитника, он мог избрать одного из них для оказания ему помощи в следственном изоляторе во время заседания суда и консультироваться с ним наедине». Заявитель по настоящему делу не располагал ни одной из описанных выше возможностей. Напротив, заявителю оставалось либо принять услуги защитника, который был ему только что представлен, либо обходиться в дальнейшем без защитника» (пункт 105 постановления от 2 ноября 2010 г. по делу Сахновский против Российской Федерации). «Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации не пояснили, почему отсутствовала возможность по-другому организовать юридическую помощь заявителю. Он признает, что транспортировка заявителя из Новосибирска в Москву для встречи с защитником была бы длительным и дорогостоящим мероприятием … Подчеркивая основополагающую важность эффективной юридической помощи, Европейский Суд должен рассмотреть вопрос о том, приняло ли государство-ответчик меры с учетом данного географического препятствия, которые в достаточной степени компенсировали ограничения прав заявителя. Европейский Суд отмечает в этом отношении, что ничто не препятствовало властям в организации как минимум телефонного разговора между заявителем и А. за больший промежуток времени до заседания. Ничто не препятствовало им назначить адвоката из Новосибирска, который мог посетить заявителя в следственном изоляторе и находиться с ним во время заседания. Кроме того, неясно, почему Верховный Суд не поручил представление интересов заявителя адвокату, которые уже защищал его в суде первой инстанции и подготовил первоначальную кассационную жалобу. Наконец, Верховный Суд мог отложить заседание по собственной инициативе, чтобы предоставить заявителю достаточное время для обсуждения дела с А. » (пункт 106 постановления от 2 ноября 2010 г. по делу Сахновский против Российской Федерации). 11 достаточных средств, чтобы заплатить». Европейский [С]уд указал, что решение о назначении адвоката по немецкому законодательству было принято исключительно с учетом интересов правосудия, а не какой-либо «оценки средств». Таким образом, можно заключить, что дело «Круассан против Германии» не затрагивало вопроса, во всех ли случаях статья 6 Конвенции запрещает государству-ответчику впоследствии взыскивать расходы на бесплатного адвоката с подсудимого, который не имел достаточных средств во время судебного процесса (пункт 111 постановления от 21 июня 2011 г. по делу Орлов против Российской Федерации). Впоследствии в деле «Моррис против Соединенного Королевства»… Европейский [С]уд не установил нарушения статьи 6 Конвенции в связи с оказанием юридической помощи на сумму 240 фунтов стерлингов, учитывая уровень чистой заработной платы заявителя на тот момент. В другом деле Европейский [С]уд не усмотрел нарушения статьи 6 Конвенции в связи с назначением защитника, «несмотря на обязанность [заявителя] оплатить небольшую часть судебных расходов»7 (пункт 112 постановления от 21 июня 2011 г. по делу Орлов против Российской Федерации). Суд считает приемлемым, в соответствии с Конвенцией, что бремя доказывания недостаточности средств должно нести лицо, которое заявляет о такой недостаточности (пункт 116 постановления от 5 ноября 2015 г. по делу Чукаев против Российской Федерации).
2. Практика Комитета по правам человека
[П]ункт 3 d) статьи 14 [Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.] гарантирует право на юридическую защиту лиц, обвиняемых в уголовном преступлении, в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для них в любом таком случае, когда у них нет достаточно средств для оплаты этого защитника. При решении вопроса о том, должен ли быть назначен защитник, «когда интересы правосудия этого требуют»8, важное значение имеет тяжесть преступления, а также наличие определенной объективной возможности успеха в стадии обжалования9. В тех случаях, когда речь может идти о смертной казни, нет необходимости доказывать, что обвиняемый должен пользоваться действенной помощью 7 Постановление Европейского Суда от 14 января 2003 г. по делу Лагерблом против Швеции. 8 Сообщение № 646/1995, Линдон против Австралии, пункт 6.5. 9 Сообщение № 341/1988, З.П. против Канады, пункт 5.4. 12 адвоката во всех стадиях судебного разбирательства10. Защитник, предоставляемый компетентными органами на основе этого положения, должен эффективно представлять обвиняемого. В отличие от тех случаев, когда адвокаты приглашаются в частном порядке11, очевидно неправомерное поведение или некомпетентность, например, отзыв жалобы без консультации в деле, предполагающем назначение смертной казни12, или отсутствие во время заслушания свидетеля в подобных случаях13, может повлечь за собой ответственность соответствующего государства за нарушение пункта 3 d) статьи 14 при условии, что судье будет ясно, что поведение адвоката несовместимо с интересами правосудия14. Нарушение этого положения имеет место также в том случае, если суд или другие соответствующие органы власти препятствуют назначенным адвокатам в эффективном выполнении ими своих функций15 (пункт 38 Замечания общего порядка № 32. Статья 14: Равенство перед судами и трибуналами и право каждого на справедливое судебное разбирательство. Принято Комитетом по правам человека на его 90-й сессии (9-27 июля 2007 г.). Размещено 23 августа 2007г. CCPR/C/GC/32). Позитивные обязательства государства по обеспечению права на участие защитника (адвоката) в ходе досудебного производства по делу Европейский Суд подчеркивает важность стадии следствия для подготовки уголовного разбирательства, поскольку доказательства, добытые на этой стадии, определяют рамки, в которых обвинение в совершении преступления будет рассматриваться в судебном разбирательстве… В то же время обвиняемый на этой стадии разбирательства часто оказывается в особо уязвимом положении, последствия которого усугубляются тем фактом, что уголовно-процессуальное законодательство все больше усложняется, особенно в части правил, регулирующих сбор и использование доказательств. В большинстве случаев эта 10 Сообщения № 985/2001, Алибоева против Таджикистана, пункт 6.4; № 964/2001, Саидова против Таджикистана, пункт 6.8; № 781/1997, Алиев против Украины, пункт 7.3; № 554/1993, Лавенде против Тринидада и Тобаго, пункт 58. 11 Сообщение № 383/1989, Х.К. против Ямайки, пункт 6.3. 12 Сообщение № 253/1987, Келли против Ямайки, пункт 9.5. 13 Сообщение № 838/1998, Хендрикс против Гайаны, пункт 6.4. В отношении случая отсутствия законного представителя автора во время заслушания одного из свидетелей в ходе предварительного судебного заседания см. сообщение № 775/1997, Браун против Ямайки, пункт 6.6. 14 Сообщения № 705/1996, Тейлор против Ямайки, пункт 6.2; № 913/2000, Чан против Гайаны, пункт 6.2; № 980/2001, Хуссайн против Маврикия, пункт 6.3. 15 Сообщение № 917/2000, Арутюнян против Узбекистана, пункт 6.3. 13 особая уязвимость может быть надлежащим образом компенсирована только помощью адвоката, в задачу которого входит содействие обеспечению права обвиняемого не свидетельствовать против себя. Это право в действительности предполагает, что сторона преследования в уголовном деле должна обосновать свою позицию против обвиняемого, не прибегая к методам давления или подавления вопреки воле обвиняемого… Помощь адвоката на ранней стадии является частью процессуальных гарантий, которым Европейский Суд придает особое значение при рассмотрении вопроса о том, умалялась ли в данной процедуре самая сущность привилегии не свидетельствовать против себя (пункт 69 постановления от 24 сентября 2009 г. по делу Пищальников против Российской Федерации). [Д]ля того, чтобы право на справедливое судебное разбирательство оставалось достаточно «практическим и эффективным»…, пункт 1 статьи 6 Конвенции требует, чтобы, как правило, доступ к услугам адвоката обеспечивался с первого допроса подозреваемого в полиции, если при особых обстоятельствах конкретного дела не имеется веских причин для ограничения этого права. Даже если веские причины в виде исключения оправдывают отказ в доступе к адвокату, такое ограничение - чем бы оно ни оправдывалось - не должно ненадлежащим образом умалять права обвиняемого, предусмотренные статьей 6 Конвенции… Права на защиту в принципе претерпели бы невосполнимый ущерб, если бы компрометирующие показания, полученные в период полицейского допроса в отсутствие адвоката, были использованы для осуждения (пункт 70 постановления от 24 сентября 2009 г. по делу Пищальников против Российской Федерации). Что касается юридической помощи на досудебных стадиях процесса, Суд постановил, что отсутствие эффективных мер защиты обвиняемого на первоначальных этапах допроса полицией может быть компенсировано помощью защитника, задачей которого, среди прочего, является содействие в обеспечении соблюдения права обвиняемого не свидетельствовать против себя. Это право фактически предполагает, что сторона обвинения стремится доказать свою версию по уголовному делу против обвиняемого, прибегая к доказательствам, полученным путем давления и принуждения, вопреки воли обвиняемого. Соответственно, для того, чтобы право на справедливое судебное разбирательство оставалось достаточно «практичным и эффективным», пункт 1 статьи 6, как правило, требует предоставления адвоката уже на первом допросе подозреваемого полицией, если в свете определенных обстоятельств нет существенных доводов в пользу ограничения этого права. Даже если существенные доводы могут в исключительных случаях служить основанием для отказа в предоставлении доступа к адвокату, подобное ограничение, на чем бы оно ни было основано, не может ненадлежащим образом ограничить права обвиняемого, предусмотренные статьей 6. Права защиты, в принципе, будут 14 ущемлены в случае, когда обвинительные показания, данные в ходе допроса в полиции, без доступа к адвокату, были использованы для постановления обвинительного приговора (пункт 28 постановления от 13 марта 2014 г. по делу Пакшаев против Российской Федерации). [К]ак правило, доступ к адвокату должен быть предоставлен с момента первого допроса подозреваемого сотрудниками полиции. Ограничение данного права возможно только в случае наличия неоспоримых оснований ввиду определенных обстоятельств конкретного дела (пункт 37 постановления от 18 февраля 2010 г. по делу Александр Зайченко против Российской Федерации). [В] соответствии с общепринятыми международными нормами обвиняемый должен (как только он лишается свободы) иметь возможность воспользоваться помощью адвоката, независимо от проведения допросов…. Действительно, справедливое судебное разбирательство требует возможности получения обвиняемым всего спектра мер, которые относятся к консультированию. В этой связи, обсуждение дела, организация защиты, поиск доказательств в пользу обвиняемого, подготовка к допросам, поддержка обвиняемого в данной ситуации и контроль условий содержания под стражей являются основными элементами защиты, к которым должен обращаться адвокат (пункт 164 постановления от 30 апреля 2015 г. по делу Шамардаков против Российской Федерации). [Е]сли установлено, что ограничение права заявителя на доступ к адвокату не было обосновано, не имеется, в принципе, необходимости определять, какое воздействие данное ограничение оказало на справедливость судебного разбирательства в целом, поскольку само понятие справедливости, закрепленное в статье 6 Конвенции, требует, чтобы обвиняемый мог воспользоваться помощью адвоката с начальных стадий допроса в милиции, если ограничение этого права не действует в исключительном порядке и по уважительной причине (пункт 167 постановления от 30 апреля 2015 г. по делу Шамардаков против Российской Федерации). в аспекте обеспечения права на эффективную защиту16 Государство не может нести ответственность за каждый промах, допущенный адвокатом, назначенным в рамках оказания бесплатной правовой помощи. Согласно подпункту «с» пункта 3 Статьи 6 Конвенции соответствующие органы государственной власти должны вмешиваться только в случае, если непредоставление надлежащей защиты адвокатом, предоставленным в рамках правовой помощи, является явным или достаточным для того, чтобы иным 16 Право на эффективное участие защитника. 15 образом привлечь их внимание (пункт 67 постановления от 20 января 2005 года по делу Майзит против Российской Федерации). Суд считает, что поведение заявителя само по себе не могло освободить органы власти от обязательства по осуществлению действий с целью гарантировать заявителю эффективную защиту. Вышеупомянутые недостатки со стороны назначенного судом адвоката17 являлись явными, что обязывало внутригосударственные власти вмешаться (пункт 42 постановления от 19 июня 2014 г. по делу Шехов против Российской Федерации). [П]редоставление заключенному возможности уведомить семью о задержании является важной гарантией против произвольного задержания и имеет целью обеспечить реализацию решения относительно использования права на юридическую помощь (пункт 106 постановления от 1 апреля 2010 г. по делу Павленко против Российской Федерации). Назначение защитника само по себе не является выполнением требования подпункта «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции. Конвенция направлена на гарантию не теоретических или иллюзорных, а практических и эффективных прав. Таким образом, сам факт назначения защитника не обеспечивает оказания эффективной помощи, поскольку
3. Практика Комитета по правам человека
В подпункте 3 b) [Пакта18] предусматривается, что обвиняемые лица должны иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и сноситься с выбранными ими самими защитниками. Это положение является важным элементом гарантии справедливого судебного разбирательства и применения принципа равенства состязательных возможностей19. В тех случаях, когда обвиняемый не имеет достаточных средств, общение с защитником может быть обеспечено только если бесплатно предоставляются услуги переводчика на 17 В ходе судебных разбирательств он был представлен адвокатом А., который, тем не менее, не обжаловал приговор, вынесенный заявителю, и не явился на слушание (пункт 41 постановления от 19 июня 2014 г. по делу Шехов против Российской Федерации). 18 Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. 19 Сообщения № 282/1988, Смит против Ямайки, пункт 10.4; № 226/1987 и 256/1987, Сойерс, Маклин и Маклин против Ямайки, пункт 13.6. 16 досудебной стадии и во время судебного разбирательства20. То, что считается «достаточным временем», зависит от обстоятельств каждого дела. Если исходя из разумных оснований защитники считают, что времени для подготовки защиты недостаточно, на них ложится обязанность просить о переносе судебного разбирательства на более поздний срок21. Государство-участник не несет ответственности за поведение защитника, кроме как если судье стало или должно было стать очевидным, что поведение защитника несовместимо с интересами правосудия22. Существует обязательство удовлетворять разумные просьбы о переносе заседания суда, в частности в тех случаях, когда обвиняемому вменяется серьезное уголовное преступление и для подготовки защиты требуется дополнительное время23 (пункт 32 Замечания общего порядка № 32. Статья 14: Равенство перед судами и трибуналами и право каждого на справедливое судебное разбирательство. Принято Комитетом по правам человека на его 90-й сессии (9-27 июля 2007 г.). Размещено 23 августа 2007г. CCPR/C/GC/32). [Г]осударство-участник не может нести ответственность за предполагаемые ошибки адвоката, если только это не было или не должно было быть явно очевидно судье, что поведение адвоката несовместимо с интересами отправления правосудия24 (пункт 10.5 Соображений Комитета по правам человека от 11 июля 2014 г. по делу Дорофеев Сергей Сергеевич против Российской Федерации). [В] пункте 3 b) статьи 14 [Пакта] предусмотрено, что обвиняемые лица должны иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и сноситься с выбранными ими самими защитниками. Это положение является важным элементом гарантии справедливого судебного разбирательства и применения принципа равенства состязательных возможностей25 (пункт 10.3 Соображений Комитета по правам человека от 28 октября 2013 г. по делу Олег Анатольевич Жирнов против Российской Федерации). 20 См. сообщение № 451/1991, Харвард против Норвегии, пункт 9.5. 21 Сообщение № 1128/2002, Мораиш против Анголы, пункт 5.6. Аналогичные сообщения № 349/1989, Райт против Ямайки, пункт 8.4; № 272/1988, Томас против Ямайки, пункт 11.4; № 230/87, Генри против Ямайки, пункт 8.2; № 226/1987 и № 256/1987, Сойерс, Маклин и Маклин против Ямайки, пункт 13.6. 22 Сообщение № 1128/2002, Маркиш де Мораиш против Анголы, пункт 5.4. 23 Сообщения № 913/2000, Чан против Гайаны, пункт 6.3; № 594/1992, Филлип против Тринидада и Тобаго, пункт 7.2. 24 См. правовую практику Комитета по сообщениям № 527/1993, Льюис протии Ямайки, Соображения от 18 июля 1996 года, пункт 6.6; № 610/1995, Генри против Ямайки, Соображения от 20 октября 1998 года, пункт 7.4; и № 1128/2002, Маркеш де Мореш против Анголы, Соображения от 29 марта 2005 года, пункт 5.4. 25 Замечание общего порядка № 32 Комитета по правам человека, касающееся права на равенство перед судами, Официальные отчеты Генеральной Ассамблеи, шестьдесят вторая сессия, Дополнение № 40, том I (А/62/40) (том I)), приложение VI, пункт 32.