{
  "title": "arbitration ВС РФ от 10.11.2002",
  "court": "ВС РФ",
  "type": "arbitration",
  "number": "",
  "year": 2002,
  "date": "10.11.2002",
  "source_url": "https://vsrf.ru/documents/arbitration/21680/",
  "points": [
    {
      "number": "1",
      "content": "на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;"
    },
    {
      "number": "2",
      "content": "при выполнении работ, оказании услуг;"
    },
    {
      "number": "25",
      "content": "06.2010 добровольно внес изменения в учредительные документы, изменив фирменное наименование с ООО «КамАЗТехобслуживание» на ООО «КамТехОбслуживание». Наличие связей между единоличным исполнительным органом ООО «Новосибирский «Автоцентр КАМАЗ» (третьего лица) Ярыгиной Л.Л. и ответчиком свидетельствует о злоупотреблении правом с ее стороны, поскольку общество «КАМАЗ» не было извещено об учреждении ею общества «КамАЗТехобслуживание», использующего в своей деятельности обозначения, сходные до степени смешения со средствами индивидуализации истца, без его разрешения, и в силу статьи 14 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» является недобросовестной конкуренцией. 10 Таким образом, оспариваемые судебные акты, которыми действия ответчика не признаны нарушением исключительных прав истца, нарушают единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права и противоречат правовым позициям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам применения законодательства об интеллектуальной собственности, поэтому в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене. Вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов по делам со схожими фактическими обстоятельствами, принятые на основании нормы права в истолковании, расходящемся с содержащимся в настоящем постановлении толкованием, могут быть пересмотрены на основании пункта 5 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если для этого нет других препятствий. Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 303, пунктом 3 части 1 статьи 305, статьей 306 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.06.2010 по делу № А45-6990/2010, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2010 и постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.11.2010 отменить. Исковые требования открытого акционерного общества «КАМАЗ» удовлетворить. 11 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КамТехОбслуживание» 500 000 рублей компенсации за незаконное использование товарных знаков истца. Председательствующий А.А. Иванов"
    },
    {
      "number": "26",
      "content": "02.2010 общество «КамАЗТехобслуживание» при осуществлении деятельности по техническому обслуживанию автотранспортных средств, торговле автотранспортными средствами, автомобильными деталями, узлами и 5 принадлежностями на своей официальной документации и печати использовало изобразительный элемент в виде бегущей лошади, в фирменном наименовании (до регистрации 25.06.2010 изменений в учредительные документы юридического лица) – обозначение «КамАЗ», сходные до степени смешения с принадлежащими обществу «КАМАЗ» товарными знаками и фирменным наименованием. Эти обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с иском о защите исключительных прав на товарные знаки и фирменное наименование. Факт использования изобразительного элемента в виде бегущей лошади и обозначения «КамАЗТехобслуживание» подтверждены материалами дела и не оспариваются ответчиком. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из того, что истцом не представлены доказательства использования принадлежащего ему товарного знака на товарах, производимых ответчиком, или использования ответчиком товарного знака истца способами, предусмотренными пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом суды сочли, что использование спорных обозначений на оттиске печати или на фирменном бланке не нарушает исключительных прав истца на товарные знаки и фирменное наименование. Суды также пришли к выводу, что обозначения, используемые ответчиком, не являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца и его фирменным наименованием, поскольку изображение бегущей лошади на печати ответчика и его фирменных бланках не совпадает с изображением лошади на товарных знаках истца (лошадь изображена в зеркальном отображении); обозначение «КамАЗ» является лишь составляющей частью сложного слова «КамАЗТехобслуживание» и выполнено в другом стиле. Обозначение «КАМАЗ», зарегистрированное истцом как товарный знак, написано заглавными жирными буквами с оригинальной буквой «З» на конце. При этом истец и ответчик имеют 6 разные организационно-правовые формы и рынки деятельности. Доказательств того, что указанные обозначения ассоциируются у потребителей с обществом «КАМАЗ» и их использование ответчиком нарушает исключительные права истца, суду не представлено. Кроме того, суды признали истца и ответчика входящими в одну группу лиц (аффилированными лицами), что исключает причинение убытков истцу. Этот вывод суды сделали, исходя из следующего. Официальные дилеры общества «КАМАЗ» на территории Новосибирской области были аттестованы ответчиком, а не истцом. Единоличным исполнительным органом ООО «Новосибирский «Автоцентр КАМАЗ», пятьдесят процентов доли в уставном капитале которого принадлежат обществу «КАМАЗ», на протяжении длительного времени была Ярыгина Л.Л., в то время как единоличным исполнительным органом общества «КамТехОбслуживание» является ее супруг – Ярыгин А.С., а участниками названного общества являются она и ее дочь. Однако данные выводы судов противоречат положениям главы 76 Гражданского кодекса Российской Федерации, сложившейся судебной практике и правовым позициям Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в сфере защиты интеллектуальной собственности по следующим основаниям. Согласно статье 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, перечисленными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых 7 товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:"
    },
    {
      "number": "3",
      "content": "на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;"
    },
    {
      "number": "4",
      "content": "в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;"
    },
    {
      "number": "5",
      "content": "в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Следовательно, использование товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения другими лицами на деловой документации (фирменных бланках и печати) при выполнении работ, оказании услуг является нарушением исключительного права владельца товарного знака. Вывод судов о том, что истцом не представлены доказательства размещения спорных обозначений именно на товарах, поэтому не доказан факт их использования, не соответствует действующему законодательству. Кроме того, в силу пункта 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если 8 указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица включено в Единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица. Разрешая вопрос о сходстве спорных обозначений, суды не учли различительную способность товарного знака истца и его фирменного наименования, зарегистрированного ранее наименования ответчика, вероятность введения потребителей в заблуждение относительно лица, оказывающего услуги, а также особый правовой статус средств индивидуализации истца: общество «КАМАЗ» является всемирно известным производителем автомобилей «КАМАЗ» и запасных частей к ним; товарные знаки по свидетельствам № 35 и № 37 зарегистрированы как общеизвестные, то есть эти товарные знаки в результате интенсивного использования стали на указанную в заявлении дату широко известны в Российской Федерации среди соответствующих потребителей в отношении товаров заявителя. Пунктами 2 и 3 статьи 1508 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правовая охрана общеизвестного товарного знака действует бессрочно, распространяется также на товары, неоднородные с теми, в отношении которых он признан общеизвестным, если использование другим лицом этого товарного знака в отношении названных товаров будет ассоциироваться у потребителей с обладателем исключительного права на общеизвестный товарный знак и может ущемить законные интересы такого обладателя. Вывод судов о различии фирменных наименований истца и ответчика в силу различия их организационно-правовых форм не соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 17 информационного письма от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной 9 собственности», согласно которой различие организационно-правовой формы как части фирменного наименования истца и ответчика само по себе не свидетельствует об отсутствии нарушения права на фирменное наименование. Истец не обязан представлять в суд доказательства, свидетельствующие о факте введения потребителей в заблуждение, как указали суды. Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания нарушения достаточно представить доказательства, свидетельствующие о вероятности смешения двух конкурирующих обозначений. В настоящем деле использование ответчиком товарного знака истца может создавать большую вероятность смешения у потребителей двух предприятий, поскольку даже суды сделали вывод о связанности этих лиц, о наличии у ответчика статуса аффилированного лица, что не подтверждается материалами дела и категорически отрицается самим истцом. Кроме того, уже после отказа в удовлетворении иска ответчик"
    }
  ]
}