1. в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;
2. изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;
3. исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была бы вправе рассчитывать при заключении договора;
4. из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона. В данном случае совокупность указанных обстоятельств отсутствовала, поскольку при заключении договора лизинга стороны не могли не предполагать возможность утраты предмета лизинга в результате хищения, так как и Закон о лизинге, и договор, заключенный между сторонами, прямо регулируют последствия такого действия и ответственность сторон. В связи с этим отсутствуют основания, предусмотренные пунктом 2 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, для расторжения договора лизинга. В соответствии с пунктом 1 статьи 22 Закона о лизинге ответственность за сохранность предмета лизинга от всех видов 7 имущественного ущерба, а также за риски, связанные с его гибелью, утратой, порчей, хищением, преждевременной поломкой, ошибкой, допущенной при его монтаже или эксплуатации, и иные имущественные риски с момента фактической приемки предмета лизинга несет лизингополучатель, если иное не предусмотрено договором лизинга. В настоящем деле договор лизинга не предусматривал условий об ином распределении рисков. В соответствии со статьей 26 Закона о лизинге утрата предмета лизинга или утрата предметом лизинга своих функций по вине лизингополучателя не освобождает его от обязательств по договору лизинга, если договором лизинга не установлено иное. Указанная норма является диспозитивной. В рассматриваемом случае пунктом 1.1 договора лизинга предусмотрено, что он заключен в соответствии с Правилами лизинга, и все условия, прямо не определенные в договоре лизинга, определяются в Правилах. Исходя из пункта 16.1 Правил лизинга, сторона, не исполнившая или ненадлежащим образом исполнившая свои обязательства по договору лизинга, несет ответственность, в том числе и в случаях, когда надлежащее исполнение обязательств оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. При этом даже если исходить из того, что лизингополучатель отвечает в случае утраты предмета лизинга только при наличии вины, ее отсутствие должно доказываться лизингополучателем, в то время как суды возложили обязанность представления доказательств вины на лизингодателя. Пунктом 13.11 Правил установлена обязанность лизингополучателя уплатить лизингодателю сумму невыплаченных платежей в полном 8 объеме, если при утрате предмета лизинга и расторжении в связи с этим договора лизинга страховое возмещение не получено. Отказ судов от применения пункта 13.11 Правил к отношениям сторон ввиду непредставления обществом «Европлан» доказательств его обращения к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения является неправомерным. Исходя из мотивов отказа в выплате страхового возмещения, изложенных в письме компании «Энергогарант» от 01.04.2008 № 09-02/2101, адресованном обществам «Фармация Юниверсал» и «Европлан», а также из содержания пунктов 8.10 и 8.11 Правил, предусматривающих обязанность лизингополучателя в случае утраты предмета лизинга и регистрационных документов на него сообщить об этом страховщику, факт обращения к страховщику лизингополучателя, а не лизингодателя не может являться определяющим для решения вопроса о применении последствий, установленных пунктом 13.11 Правил. Таким образом, суды при разрешении спора неправильно применили нормы материального права и условия заключенного между сторонами договора, что свидетельствует о нарушении ими единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права и согласно пункту 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены оспариваемых судебных актов. В связи с этим решения судов по первоначальному и встречному искам подлежат отмене, а дело – передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении дела суду с учетом отсутствия предусмотренных пунктом 2 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для расторжения договора, а также с учетом 9 действий лизингодателя, следует разрешить вопрос об основаниях и размере ответственности лизингополучателя. Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 303, пунктом 2 части 1 статьи 305, статьей 306 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2009 по делу № А40-47834/08-155-376, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2009 и постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.08.2009 по тому же делу отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. Председательствующий А.А. Иванов