77. 01.16.845.П.045318.08.06 (бланк №
1296521. и № 77.01.16.854.П.017034.03.07 (бланк № 1263880) (далее – санитарно- эпидемиологические заключения), выданные Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по городу Москве (далее – Управление Роспотребнадзора). В 3 тексте этих санитарно-эпидемиологических заключений их получателем значилось не общество, а иностранная фирма – изготовитель товара. На основании письма Центрального таможенного управления от 08.11.2007 № 67-16/21064 «О выявлении фальсифицированных санитарно-эпидемиологических заключений» (согласно информации, отраженной в письме Управления Роспотребнадзора от 19.10.2007 № 34/750) таможня пришла к выводу о том, что представленные обществом санитарно-эпидемиологические заключения являются недействительными документами, и 16.11.2007 возбудила в отношении общества дело об административном правонарушении № 10122000-868/07. В ходе административного расследования было установлено, что санитарно-эпидемиологические заключения на бланках № 1263880 и № 1296521 выдавались Управлением Роспотребнадзора на иные товары: в первом случае – другой страны изготовления, во втором случае – иной товарной группы. Этот факт был подтвержден архивными копиями Управления Роспотребнадзора и протоколом опроса должностного лица этой организации, дополнительно указавшего на стертость линейных элементов бланков под текстом наименования товара в санитарно- эпидемиологических заключениях, представленных обществом таможне. Опрошенный таможней работник общества подтвердил предъявление обществом в таможню именно спорных санитарно- эпидемиологических заключений, но не смог пояснить обстоятельства их получения обществом. Постановлением таможни от 04.03.2008 общество признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ, и ему было назначено административное наказание в виде 200 000 рублей штрафа. Признавая незаконным и отменяя постановление таможни, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что таможня не доказала наличия в действиях привлекаемого к административной 4 ответственности лица состава административного правонарушения, не установила круг подлежащих доказыванию обстоятельств, не истребовала необходимые доказательства, то есть не выполнила требования статей 26.1 и 26.2 КоАП РФ. По мнению судов, таможне следовало провести экспертизу санитарно-эпидемиологических заключений, проверить фактическое проведение испытаний и экспертиз, указанных в этих заключениях, а также опросить работников сторонней организации, которой общество на основании гражданско-правового договора от 27.02.2007 № ИК-6593-м поручило проведение сертификации товаров, включая получение санитарно-эпидемиологических заключений. Суд кассационной инстанции отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций и отказал обществу в удовлетворении заявленного требования, придя к выводу о ненужности доказывания фальсификации санитарно-эпидемиологических заключений посредством проведения экспертизы, поскольку обществу вменялись действия по представлению недействительных документов, а не по их фальсификации. Факт представления обществом в таможню недействительных санитарно- эпидемиологических заключений установлен и надлежаще подтвержден. Общество виновно в совершении административного правонарушения, так как не доказало принятия всех зависящих от него мер по соблюдению правил и норм, за нарушение которых оно привлечено таможней к административной ответственности. Выводы суда кассационной инстанции основаны на нормах права, применимых к допущенному обществом правонарушению. Частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за заявление декларантом либо таможенным брокером (представителем) при декларировании товаров и (или) транспортных средств недостоверных сведений о товарах и (или) транспортных средствах, а равно представление недействительных документов, если такие сведения и документы могли послужить основанием для 5 неприменения запретов и (или) ограничений, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственном регулировании внешнеторговой деятельности. Согласно статье 131 Таможенного кодекса Российской Федерации подача таможенной декларации должна сопровождаться представлением в таможенный орган документов, подтверждающих заявленные в таможенной декларации сведения. При декларировании товаров представляются основные документы, в том числе разрешения, лицензии, сертификаты и (или) иные документы, подтверждающие соблюдение ограничений, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственном регулировании внешнеторговой деятельности. Исходя из примечания 2 к статье 16.1 КоАП РФ для целей применения главы 16 под недействительными документами понимаются поддельные документы, документы, полученные незаконным путем, документы, содержащие недостоверные сведения, документы, относящиеся к другим товарам и (или) транспортным средствам, и иные документы, не имеющие юридической силы. В данном случае таможня доказала, что при декларировании товара обществом были представлены санитарно-эпидемиологические заключения Управления Роспотребнадзора на бланках строгой отчетности с номерами, под которыми этим органом в действительности были выданы заключения по другим товарам. Подобные несоответствия нельзя отнести к ошибкам, опечаткам и техническим погрешностям, они непосредственно связаны с разрешительным режимом ввоза товаров, но их наличие нельзя определить в момент визуального осмотра таможней документов при принятии таможенной декларации. Указанные нарушения могут быть выявлены путем проведения проверочных мероприятий после завершения процедуры декларирования 6 товара без применения специальных знаний, а потому они не требуют проведения экспертизы. Поскольку Управление Роспотребназора не выдавало санитарно- эпидемиологические заключения, представленные обществом таможне, последняя правомерно признала эти документы недействительными. Между тем предъявление таможне именно этих документов послужило основанием для неприменения запретов и (или) ограничений, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственном регулировании внешнеторговой деятельности, так как декларирование ввезенных обществом в Российскую Федерацию товаров без санитарно-эпидемиологических заключений невозможно. В силу требований нормативных правовых актов санитарно- эпидемиологические заключения нельзя заменить для таможенных целей протоколами испытаний и экспертиз, на основании которых подобные заключения выдаются, поэтому доводы судов первой и апелляционной инстанций о необходимости проверки таможней факта проведения испытаний и экспертиз, обозначенных в недействительных заключениях, являются ошибочными. Кроме того, даже проведение таких испытаний и экспертиз не влияет на правовую оценку самого санитарно- эпидемиологического заключения как недействительного документа. Следовательно, суд кассационной инстанции правомерно сделал вывод о доказанности таможней объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ. Часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ определяет, что юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, 7 но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. На основании пункта 2 статьи 127 Таможенного кодекса Российской Федерации при декларировании товаров обязанность по представлению в таможенный орган необходимых документов и сведений возложена на декларанта. Поскольку декларантом в настоящем случае выступало общество, оно и было обязано представить таможне надлежащие санитарно- эпидемиологические заключения на товары. Однако ни таможне, ни суду общество не дало разумных объяснений того, каким образом оно получило санитарно-эпидемиологические заключения на бланках № 1263880 и № 1296521, в которых получателем этих документов значится иностранная фирма – изготовитель товара. Ссылка общества на проведение работ по сертификации, включая получение санитарно-эпидемиологических заключений, сторонней российской организацией на основании заключенного с нею договора от 27.02.2007 № ИК-6593-м правомерно не принята судом кассационной инстанции в качестве подобного объяснения и доказательства принятия обществом мер по соблюдению тех требований, за нарушение которых оно привлечено к ответственности. Сам по себе факт заключения такого договора не снимает с общества его публично-правовых обязанностей декларанта и не свидетельствует о факте передачи спорных санитарно- эпидемиологических заключений во исполнение этого договора. Кроме того, санитарно-эпидемиологическое заключение на бланке № 1296521 датировано 03.08.2006 и объективно не может иметь отношения к договору, подписанному 27.02.2007. При наличии таких обстоятельств следует признать правильными выводы суда кассационной инстанции о доказанности таможней состава административного правонарушения в действиях общества и о 8 соблюдении порядка его привлечения к административной ответственности. Поэтому обжалуемое постановление суда кассационной инстанции подлежит оставлению без изменения. Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 303, пунктом 1 части 1 статьи 305, статьей 306 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ПОСТАНОВИЛ: постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 30.10.2008 по делу № А40-17095/08-106-207 Арбитражного суда города Москвы оставить без изменения, а заявление общества с ограниченной ответственностью «Технические системы» – без удовлетворения. Председательствующий А.А. Иванов