ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора от 13 июля 2023 г. купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Технологические Трансмиссионные Линии» (далее – Общество) и применении последствий недействительности сделки.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Общество, нотариус города Москвы ФИО3, временно исполняющий обязанности нотариуса города Москвы ФИО4.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 28 ноября 2024 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 февраля 2025 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26 июня 2025 г., в удовлетворении требований отказано.
В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение норм материального и процессуального права.
В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что спорная сделка была совершена при введении истца в заблуждение; срок исковой давности не пропущен.
В соответствии с частью 1 статьи 291.1 , частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации(далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Изучив судебные акты, состоявшиеся по делу, проверив доводы кассационной жалобы заявителя, суд не находит оснований для ее передачи на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, исходя из следующего.
Как следует из обжалуемых актов, 13 июля 2023 г. ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи 100% долей в уставном капитале Общества за 10 000 руб., удостоверенный временно исполняющим обязанности нотариуса города Москвы ФИО3 – ФИО4 (регистрационный номер 77/707-н/77-2023-9-1013).
В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что его мать ФИО2 путем обмана и злоупотребления доверием убедила его переоформить долю в уставном капитале Общества.
Начиная с июля 2024 года, ФИО2 фактически отстранила ФИО1 от управления финансами Общества, после чего истец перестал получать прибыль от деятельности юридического лица и заработную плату.
Истец также указал, что рыночная стоимость отчужденной ФИО2 доли в уставном капитале Общества составляет около 200 млн. рублей, тогда как согласно договору доля продана по номинальной стоимости – 10 000 руб.
Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 166 - 168 , 178 , 181 , 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), пунктом 12 статьи 21 Федерального закона от 8 февраля 1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2013 г. № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса», суды отказали в удовлетворении требований ввиду недоказанности заключения истцом оспариваемого договора под влиянием обмана или заблуждения, учитывая нотариальное удостоверение сделки.
Нотариусом при заключении договора истцу разъяснены права и обязанности, а также последствия совершаемой сделки, проверена дееспособность. Каких-либо оснований, свидетельствующих о пороке воли истца либо заблуждения, не установлено.
Истец, являясь на момент заключения сделки единственным участником общества, обладающим долей в уставном капитале в размере 100%, не мог не осознавать, что подписание им договора повлечет отчуждение указанной доли в пользу ответчика.
Между сторонами на дату заключения оспариваемой сделки были достигнуты соглашения, из которых следует их воля на заключение договора на указанных в нем условиях, что согласуется с положениями статьи 421 Гражданского кодекса.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 181 , статьями 199 , 200 Гражданского кодекса, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», пришли у выводу, что ФИО1 пропущен срок исковой давности. Учитывая, что оспариваемый договор подписан истцом лично, срок давности начал течь с 13 июля 2023 г., тогда как исковое заявление направлено в суд 31 августа 2024 г.
Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о допущенных судами существенных нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 АПК РФ к отмене обжалуемых судебных актов.
С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд
отказать в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Н.С.Чучунова Суд: Верховный Суд РФ (подробнее) Судьи дела: Чучунова Н.С. (судья) (подробнее) Судебная практика по: Признание договора купли продажи недействительным Судебная практика по применению норм ст. 454, 168, 170, 177, 179 ГК РФ Исковая давность, по срокам давности Судебная практика по применению норм ст. 200, 202, 204, 205 ГК РФ