1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении иска гражданина К.Г.Коднера к ряду лиц о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, признании права собственности на недвижимое имущество. При этом суд исходил, в частности, из того, что, поскольку спорное имущество являлось для К.Г.Коднера наследственным после смерти наследодателя, признанного банкротом, у финансового 2 управляющего имелись полномочия на реализацию данного имущества с целью погашения долга наследодателя в пределах стоимости наследственного имущества. К.Г.Коднер оспаривает конституционность статьи 2231 «Условия и порядок банкротства гражданина в случае его смерти» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» во взаимосвязи с положениями абзаца пятого пункта 1 статьи 126 «Последствия открытия конкурсного производства» и пункта 3 статьи 139 «Продажа имущества должника» того же Федерального закона. По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статье 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им в системе действующего правового регулирования сложившейся правоприменительной практикой, позволяют распоряжаться недвижимым имуществом собственника, зарегистрировавшим право собственности на данное имущество, исключительно на основании положений названного Федерального закона, без соблюдения иных требований законодательства.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Положения статьи 2231 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяют условия и порядок банкротства гражданина в случае его смерти и в числе прочего предусматривают, что производство по делу о банкротстве гражданина может быть возбуждено после его смерти или объявления его умершим по заявлению конкурсного кредитора или уполномоченного органа, а также лиц, указанных в абзаце первом пункта 4 данной статьи, а в конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина (пункты 1 и 7). Данные положения, рассматриваемые в том числе во взаимосвязи с нормами абзаца пятого пункта 1 статьи 126 и пункта 3 статьи 139 того же Федерального закона, направлены на обеспечение защиты имущественных прав кредиторов умершего гражданина, 3 не предполагают нарушения требований действующего законодательства при реализации имущества гражданина-должника в процедурах банкротства и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, являющегося наследником умершего гражданина-должника, притом что удовлетворение требований кредиторов должника в любом случае осуществляется за счет наследственного имущества. Проверка же правильности выбора и применения судами норм права в конкретном деле с учетом фактических обстоятельств данного дела, на чем фактически настаивает заявитель, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Коднера Константина Григорьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.