1. Гражданка И.В.Гревцова оспаривает конституционность следующих положений статьи 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»: части 1, предусматривающей, что под конфликтом интересов в данном Федеральном законе понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может 2 повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий); части 2, согласно которой в части 1 данной статьи под личной заинтересованностью понимается возможность получения доходов в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом, указанным в части 1 данной статьи, и (или) состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами (родителями, супругами, детьми, братьями, сестрами, а также братьями, сестрами, родителями, детьми супругов и супругами детей), гражданами или организациями, с которыми лицо, указанное в части 1 данной статьи, и (или) лица, состоящие с ним в близком родстве или свойстве, связаны имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями. Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились вышестоящие суды, были удовлетворены требования прокурора в части признания факта несоблюдения И.В.Гревцовой – начальником территориального органа ФНС России требования об урегулировании конфликта интересов и в части признания незаконным решения вышестоящего налогового органа о соблюдении заявительницей указанных требований; в удовлетворении других требований прокурора было отказано. При этом суды установили, что заявительница не уведомила представителя нанимателя о личной заинтересованности при исполнении служебных обязанностей, возникшей в ходе рассмотрения ею обращений должностного лица органа внутренних дел об осуществлении налогового контроля в отношении юридического лица и являющегося контрагентом этого юридического лица индивидуального предпринимателя – физического лица, с которым И.В.Гревцова связана близкими дружескими отношениями. По мнению заявительницы, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 37 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной 3 практикой, позволяют необоснованно устанавливать факт наличия конфликта интересов.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Федеральный закон «О противодействии коррупции», обязывая указанных в данном Федеральном законе лиц принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов (часть 1 статьи 11), закрепляет для целей применения положений этого Федерального закона определения понятий «конфликт интересов» и «личная заинтересованность» (части 1 и 2 статьи 10). Приведенные законоположения направлены на повышение эффективности противодействия коррупции, основаны на принципах приоритетного применения мер по предупреждению коррупции и ориентированы на обеспечение безопасности государства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 марта 2019 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Гревцовой Ирины Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.