1. Граждане М.В.Григоренко и Е.М.Масликов оспаривают конституционность пункта 1 части третьей статьи 392 «Основания для пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу (по вновь открывшимся или новым обстоятельствам)» ГПК Российской Федерации. Как следует из представленных материалов, заявители, являвшиеся сотрудниками органов внутренних дел, были уволены со службы по основанию, предусмотренному пунктом 9 части 3 статьи 82 Федерального закона 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с совершением проступка, порочащего 2 честь сотрудника органов внутренних дел). Решением суда общей юрисдикции в удовлетворении требований М.В.Григоренко и Е.М.Масликова о восстановлении на службе было отказано. Определением того же суда заявителям отказано в пересмотре названного решения, вступившего в законную силу, по вновь открывшимся обстоятельствам, к каковым они относили оправдательный приговор, вынесенный ввиду отсутствия в их деянии состава преступления, полагая, что этим приговором опровергаются обстоятельства, установленные ранее при разрешении дела по существу, в частности о совершении проступка, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел. Определением суда апелляционной инстанции данное определение отменено и дело направлено в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, с чем не согласился кассационный суд общей юрисдикции, оставив в силе определение суда первой инстанции. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя этого суда, заявителям отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. По мнению М.В.Григоренко и Е.М.Масликова, применение и истолкование судами пункта 1 части третьей статьи 392 ГПК Российской Федерации в их конкретном деле не соответствует статьям 15 (часть 1), 17 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 45, 46 (часть 1), 52–54, 118 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку данная норма презюмирует, что пересмотр судебных постановлений по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам заключается в проверке наличия существенных для дела обстоятельств, которые не были и не могли быть известны заявителям, возникновение которых ставит под сомнение законность и обоснованность этих судебных постановлений.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 3 Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, закрепление в законе экстраординарных, чрезвычайных по своему характеру способов обжалования вступивших в законную силу судебных постановлений требует установления ограниченного перечня оснований для отмены таких судебных постановлений, которые не могут совпадать с основаниями для отмены судебных постановлений в ординарном порядке, а также закрепления особых процессуальных гарантий для защиты как частных, так и публичных интересов от их необоснованной отмены (Постановление от 19 марта 2010 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Григоренко Михаила Владимировича и Масликова Евгения Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.