1. Определением Судебной коллегии по уголовным Верховного Суда Российской Федерации как суда кассационной инстанции 14 сентября 2021 года оставлены без изменения вынесенные в отношении гражданина Т.А.Русских судебные решения, согласно которым он был осужден за совершение преступлений, предусмотренных пунктом «а» части второй статьи 105 УК Российской Федерации, а также частью третьей статьи 30 и пунктом «а» части второй статьи 105 этого Кодекса, а именно за убийство трех лиц и за покушение на убийство четвертого лица. 2 При этом отвергнуты доводы защитника о том, что не доказан умысел на нанесение смертельных ножевых ранений гражданину С., чью сторону Т.А.Русских занимал в ходе возникшего конфликта с иными лицами, и что повреждения нанесены С. по неосторожности и должны быть квалифицированы по статье 109 УК Российской Федерации (суд в приговоре констатировал ошибку в объекте преступного посягательства ввиду темного времени суток и активности совершаемых виновным действий). Установлено, что согласно исследованным доказательствам виновный наносил сильные ножевые ранения в жизненно важные органы всем участникам драки, в том числе и С., и это свидетельствует об умысле на убийство каждого из них; согласно заключению психолого- психиатрической экспертизы в момент совершения преступлений Т.А.Русских мог осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, в состоянии физиологического аффекта не находился; исходя из установленных обстоятельств дела содеянное квалифицировано правильно и оснований для иной юридической оценки не имеется. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2022 года, с которым, в свою очередь, согласился заместитель Председателя того же суда (письмо от 24 июня 2022 года), отказано в передаче надзорных жалоб в защиту интересов Т.А.Русских для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции. В этой связи заявитель просит признать не соответствующими статьям 2, 6 (часть 2), 8 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 16–18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 36 (части 1 и 2), 40 (часть 1), 45, 46, 47 (часть 1), 49 (части 2 и 3), 50 (часть 3), 55, 64, 118 (части 1 и 2), 120, 123 (часть 3) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации статью 17 «Свобода оценки доказательств» УПК Российской Федерации и пункт «а» части второй статьи 105 «Убийство» УК Российской Федерации, поскольку они, на его взгляд, позволяют судьям, оценивающим доказательства по своему внутреннему убеждению, признавать правильной и доказанной 3 квалификацию деяния как причинения смерти с прямым умыслом, тогда как это деяние, по утверждению заявителя, по всем признакам было причинением смерти по неосторожности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статья 17 УПК Российской Федерации, предписывая, в частности, осуществлять оценку доказательств по внутреннему убеждению, не содержит каких-либо изъятий из установленного этим Кодексом порядка доказывания по уголовным делам, а равно положений, допускающих произвольную оценку доказательств. Напротив, в ней в качестве принципа такой оценки закрепляется адресованное судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю требование не только исходить из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и руководствоваться законом, что должно исключать принятие необоснованных решений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Русских Тимура Абдулаевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.