1. Гражданка Е.Н.Лопаткина оспаривает конституционность части 3 статьи 69 «Основания освобождения от доказывания» АПК Российской Федерации, а также абзаца третьего пункта 5 статьи 21325 «Имущество гражданина, подлежащее реализации в случае признания гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», устанавливающего, что с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего 2 конкурсную массу, ничтожны; требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы. Как следует из представленных материалов, вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции с гражданина Б. в пользу Е.Н.Лопаткиной взыскана задолженность по договору займа. В рамках дела о банкротстве этого гражданина арбитражный апелляционный суд, рассматривая разногласия финансового управляющего должника и заявительницы по вопросам о порядке удовлетворения заявленных ею требований, установил, что спорный договор заключен после признания Б. банкротом и без согласования с финансовым управляющим, вследствие чего является ничтожным, и пришел к выводу об отсутствии оснований для признания основанных на данном договоре требований Е.Н.Лопаткиной текущими и для их удовлетворения за счет конкурсной массы должника. Соглашаясь с указанным выводом, суд кассационной инстанции отметил, что заявительница не лишена возможности предъявить к должнику реституционные требования применительно к пункту 5 статьи 21328 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Также отмечено, что решение суда общей юрисдикции о взыскании задолженности не имеет преюдициального значения, поскольку в нем обстоятельства, составляющие предмет обособленного спора в деле о банкротстве, не исследовались. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Е.Н.Лопаткиной отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда. По мнению заявительницы, оспариваемые нормы противоречат статьям 15 (часть 1), 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 2), 46 (часть 1), 55 (часть 2), 123 (часть 3) и 126 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой: абзац третий пункта 5 статьи 21325 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» позволяет арбитражным судам 3 расценивать в качестве сделки решение суда общей юрисдикции в отношении имущества, составляющего конкурсную массу должника, а также рассматривать в качестве ничтожных и не нуждающихся в самостоятельном оспаривании все совершенные без участия финансового управляющего сделки гражданина, признанного банкротом, даже когда такие сделки связаны не с распоряжением имуществом, составляющим конкурсную массу, а, напротив, с возникновением после совершения данных сделок у должника права на имущество (деньги) с его последующим включением в конкурсную массу; часть 3 статьи 69 АПК Российской Федерации допускает игнорирование арбитражными судами обстоятельств, установленных решением суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному делу, и преодоление обязательности такого решения.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. По смыслу правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2021 года № 36- П, само по себе ограничение гражданина, признанного банкротом, в праве самостоятельно и по своему усмотрению распоряжаться имуществом, составляющим конкурсную массу, не может рассматриваться как несовместимое с требованиями Конституции Российской Федерации. Положение абзаца третьего пункта 5 статьи 21325 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» позволяет противодействовать последствиям совершения должником сделок, нарушающих права кредиторов, обеспечивая определенность имущественного положения должника в процедуре банкротства и сохранение конкурсной массы, необходимой для справедливого удовлетворения требований кредиторов, а также создает условия для выполнения финансовым управляющим своих полномочий по контролю за имущественной сферой должника, которые 4 обеспечивают саму возможность достижения публично-правовых целей института банкротства. Признание преюдициального значения судебного решения предполагает, что именно факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Лопаткиной Екатерины Николаевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.