1. Гражданка А.А.Рябинина оспаривает конституционность абзаца третьего статьи 1 «Понятия, применяемые в настоящем Федеральном законе» и пункта 1 статьи 8 «Дополнительные гарантии прав на имущество и жилое помещение» Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». Из представленных материалов следует, что апелляционным определением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, заявительнице отказано в удовлетворении требований к органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации 2 об обязании включить ее в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма и о предоставлении ей соответствующего жилого помещения. По мнению А.А.Рябининой, оспариваемые нормы противоречат статьям 7 и 19 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку они не позволяют лицам, оставшимся без попечения родителей, не включенным в список лиц, которые подлежат обеспечению благоустроенными жилыми помещениями специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений, в том числе по причине того, что они не были включены в соответствующий список уполномоченным на это органом, претендовать на получение жилого помещения после достижения ими возраста 23 лет.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Пункт 1 статьи 8 Федерального закона «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», предусматривающий меры социальной поддержки в жилищной сфере для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, применяется во взаимосвязи с абзацем третьим статьи 1 названного Федерального закона, раскрывающим понятие детей, оставшихся без попечения родителей, а также абзацем четвертым указанной статьи, определяющим лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, как лиц в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей. Тем самым законодатель, в исключение из общего правила о необходимости государственной поддержки детей, т.е. лиц, не достигших 18 3 лет (пункт 1 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации), лишившихся или ограниченных в возможности иметь содержание от своих родителей и нуждающихся по этой причине в социальной защите, распространил действие упомянутого Федерального закона на лиц, достигших возраста 18 лет, и предоставил им право пользоваться соответствующими мерами социальной поддержки до достижения возраста 23 лет, обеспечив тем самым единообразный подход к определению оснований социальной защиты таких граждан.
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Рябининой Анастасии Анатольевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.