1. Гражданка Л.И.Кондратьева оспаривает конституционность статьи 81 «Государственная регистрация прав на имущество» ГК Российской Федерации, части 3 статьи 80 «Наложение ареста на имущество должника» и части 1 статьи 119 «Защита прав других лиц при совершении исполнительных действий» Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». 2 Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, Л.И.Кондратьевой отказано в удовлетворении иска к Федеральной службе судебных приставов, ряду подразделений Госавтоинспекции, иным лицам о снятии запретов на совершение регистрационных действий и арестов, наложенных на приобретенное ею транспортное средство в рамках исполнительных производств, возбужденных в отношении одного из предшествующих владельцев. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявительнице отказано в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам этого суда. По мнению Л.И.Кондратьевой, оспариваемые законоположения противоречат Конституции Российской Федерации, в частности ее статье 35, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают ограничение правомочий собственника движимого имущества по владению и пользованию данным имуществом.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», применение судом в конкретном деле статьи 81 ГК Российской Федерации не подтверждается материалами, представленными заявительницей, разрешая спор с участием которой суды ссылались на положения Федерального закона от 3 августа 2018 года № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Между тем государственная регистрация транспортных средств осуществляется в целях, отличных от предусмотренных оспариваемым законоположением, а именно в целях 3 государственного учета транспортных средств и обеспечения исполнения законодательства Российской Федерации, регулирующего отношения, возникающие в связи с эксплуатацией транспортных средств, а также законодательства Российской Федерации, регулирующего иные отношения (статья 3 данного Федерального закона). Часть 3 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусматривает, что арест на имущество должника применяется для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации; при исполнении судебного акта о конфискации имущества; при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц. Данная норма создает условия для выполнения задач исполнительного производства по правильному и своевременному исполнению судебных актов (статья 2 того же Федерального закона) и выступает элементом правового механизма, гарантирующего эффективную реализацию конституционного права на судебную защиту (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации). При этом статья 119 данного Федерального закона устанавливает право заинтересованного лица в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи и тем самым обеспечивает судебную защиту прав таких лиц. Как следует из представленных материалов, отказывая в удовлетворении требований Л.И.Кондратьевой, суды исходили из того, что обстоятельства покупки автомобиля – по существенно заниженной цене, притом что на момент его приобретения заявительницей приставами- исполнителями уже были наложены запреты на совершение регистрационных действий, сведения о чем находились в публичном доступе, – свидетельствуют о несоответствии ее действий требованиям о 4 разумности, осмотрительности и добросовестности при совершении сделки. Суд апелляционной инстанции, кроме того, отметил отсутствие доказательств, подтверждающих реальный характер сделок по отчуждению спорного автомобиля лицом, являющимся должником в исполнительном производстве, последующим владельцам, включая доказательства постановки последующими владельцами данного автомобиля на регистрационный учет в органах ГИБДД. Таким образом, оспариваемые положения Федерального закона «Об исполнительном производстве» не могут сами по себе расцениваться в качестве нарушающих конституционные права Л.И.Кондратьевой, чьи доводы свидетельствуют о том, что, формально оспаривая перечисленные в жалобе законоположения, заявительница, по существу, выражает несогласие с выводами судов по вопросу о ее добросовестности. Вместе с тем проверка обоснованности таких выводов, сопряженная с исследованием и оценкой фактических обстоятельств конкретного дела, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленные статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Кондратьевой Ларисы Ивановны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.