1. Определением арбитражного суда, вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью и оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, требования гражданина Т. (являвшегося участником должника и также признанного банкротом) признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, т.е. приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника, в частности, по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26 2 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». При этом, признавая указанные требования обоснованными, но подлежащими понижению в очередности, суды исходили, в частности, из того, что взаимоотношения между должником и кредитором по своей сути представляли собой компенсационное финансирование общества в ситуации нарастающего имущественного кризиса и неплатежеспособности должника. Впоследствии в рамках того же дела о банкротстве удовлетворено заявление гражданки Е.В.Орбант о замене в порядке процессуального правопреемства кредитора Т. на Е.В.Орбант. Е.В.Орбант оспаривает конституционность пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому собственник имущества должника – унитарного предприятия, учредитель (участник) должника, признанного банкротом, в порядке, установленном данным Федеральным законом, вправе получить имущество должника в следующих случаях: при отказе кредиторов от принятия имущества должника для погашения своих требований, которое предлагалось к продаже, но не было продано в ходе конкурсного производства (непроданное имущество); имущество должника, оставшееся после завершения расчетов с его кредиторами (оставшееся имущество). По мнению заявительницы, данное законоположение противоречит статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку не содержит положений о защите прав кредиторов гражданина-должника, признанного банкротом, являющегося учредителем юридического лица, также признанного банкротом.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Оспариваемое положение пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», направленное на обеспечение определенности в вопросе о принадлежности имущества должника, не проданного в ходе конкурсного производства или оставшегося после 3 завершения расчетов с кредиторами должника, и учитывающее интересы учредителей (участников) юридического лица – должника, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявительницы, требование которой (как правопреемника Т.) о взыскании задолженности, как установлено судом, подлежит удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Внесение же изменений и дополнений в действующее правовое регулирование не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Орбант Евгении Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.