2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (статья 1). Законодатель, определив в Федеральном законе «О безопасности дорожного движения» в качестве основных принципов обеспечения безопасности дорожного движения приоритет ответственности государства за обеспечение безопасности дорожного движения над ответственностью граждан, участвующих в дорожном движении, и соблюдение интересов граждан, общества и государства при обеспечении безопасности дорожного движения, запретил эксплуатацию транспортных средств лицами, находящимися в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (часть 21 статьи 19). Поэтому оспариваемые положения Федерального закона, отменяющие нормы, регламентирующие допустимый уровень содержания алкоголя в организме лица, управляющего 4 транспортным средством, – с целью снижения количества дорожно- транспортных происшествий с участием водителей, находящихся в состоянии опьянения, – не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан. При этом такому законодательному решению, обусловленному конституционно значимыми целями, не препятствуют положения Европейского соглашения, дополняющего Конвенцию о дорожном движении, открытую для подписания в Вене 8 ноября 1968 года (Женева, 1 мая 1971 года), на которые ссылается заявитель, поскольку они направлены на повышение безопасности международного дорожного движения (преамбула Конвенции о дорожном движении). В соответствии с частью 11 статьи 27.12 КоАП Российской Федерации освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения подлежит лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения. Согласно Правилам освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475) достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке (пункт 3); освидетельствование на состояние алкогольного опьянения осуществляется с использованием технических средств измерения, обеспечивающих запись результатов исследования на бумажном носителе (пункт 5); при этом наличие или отсутствие состояния алкогольного опьянения определяется на основании 5 показаний используемого технического средства измерения с учетом допустимой погрешности технического средства измерения (пункт 8). Согласно Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях в случае несогласия лица, которое управляет транспортным средством, с результатами освидетельствования оно подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (часть 11 статьи 27.12). При этом для защиты прав лиц, в отношении которых осуществляются указанные меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, предусматривается, что копии акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения вручаются лицу, в отношении которого они были составлены (часть 7 статьи 27.12). Что же касается оценки показаний технических средств, с помощью которых выявляются лица, управляющие транспортными средствами в состоянии опьянения, то она осуществляется судьей, рассматривающим дело об административном правонарушении по правилам, предусмотренным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе исходя из того, что неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5). Проверка же законности и обоснованности судебных постановлений, как связанная с исследованием фактических обстоятельств дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относится (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). Таким образом, оспариваемые нормы не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном им аспекте. Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Асауляка Дениса Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.