1. Для правильной классификации товара в целях таможенного регулирования необходимо установить его характеристики с точки зрения как состава и функциональных особенностей, так и назначения товара. Обществом в таможенный орган представлена декларация на товар − игру настольную для детей из пластмассы с элементами из металла, бумаги и силикона «Интерактивный обучающий комплект: глобус Земли». Полагая, что ввезенный товар относится к группе 95 ТН ВЭД «Игрушки, игры и спортивный инвентарь; их части и принадлежности», общество заявило в отношении товара соответствующий классификационный код1. По результатам проведенной проверки таможенным органом вынесено решение о классификации товара в соответствии с группой 49 ТН ВЭД «Печатные книги, газеты, репродукции и другие изделия полиграфической промышленности; рукописи, машинописные тексты и планы»2. Общество, не согласившись с решением таможенного органа, обратилось в суд с требованием о признании его незаконным. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требования общества отказано. Суды исходили из того, что фактически спорный товар является картой-глобусом, учебным материалом, а не игрушкой. Это исключает возможность применения заявленного обществом 1 Консоли и оборудование для видеоигр, настольные или комнатные игры, включая столы для игры в пинбол, бильярд, специальные столы для игр в казино и автоматическое оборудование для боулинга, игровые автоматы, приводимые в действие монетами, банкнотами, банковскими картами, жетонами или любыми другими средствами оплаты: − прочие: − прочие: − прочие 2 Карты географические и гидрографические или аналогичные карты всех видов, включая атласы, настенные карты, топографические планы и глобусы, отпечатанные: − прочие. 5 классификационного кода. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, обратила внимание на следующее. В соответствии с пунктом 1 статьи 20 ТК ЕАЭС товары при их таможенном декларировании подлежат классификации по ТН ВЭД. Суд проверяет обоснованность классификационного решения, вынесенного таможенным органом, исходя из оценки представленных таможенным органом и декларантом доказательств, подтверждающих сведения о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара, имеющих значение для его правильной классификации согласно ТН ВЭД. Для целей интерпретации положений ТН ВЭД судами учитываются Пояснения к ТН ВЭД, рекомендованные ЕЭК в качестве вспомогательных рабочих материалов (пункт 21 постановления Пленума № 49). Таким образом, для правильной классификации товаров необходимо установить характеристики товара с точки зрения как его состава и функциональных особенностей, так и назначения, а затем соотнести их с текстом соответствующей товарной позиции с учетом Пояснений к ТН ВЭД. Как следует из Пояснений к ТН ВЭД, в товарную позицию 4905 ТН ВЭД, избранную таможенным органом, включаются все отпечатанные глобусы, карты, схемы и планы с изображениями природных или искусственных особенностей стран, городов, морей, карты звездного неба и т.д., причем для указания контуров и т. д. используются условные знаки. Для отнесения к ней товара необходимо установить, что он не только является глобусом по своей форме, но и обладает необходимыми топографическими элементами, может быть использован для получения точных сведений о планете Земля и, как отдельно упомянуто в Пояснениях к ТН ВЭД в части позиции 4905, не является игрушкой. Между тем декларант утверждает, что спорный товар является игрушкой, не обладает географической точностью, достоверностью изображений и не несет смысловую нагрузку, то есть не имеет свойств географической карты-глобуса, в связи с чем относится к позиции 9504 ТН ВЭД. Поскольку доводы декларанта могут указывать на неправильность классификации товара в оспариваемом решении таможенного органа, но не получили надлежащей оценки в состоявшихся по делу судебных актах, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 6 В другом деле при таможенном декларировании товары (крепежная арматура из алюминия) классифицированы обществом по коду 8302 49 000 9 ТН ВЭД3. По результатам проведенного контроля таможенным органом приняты решения о классификации ввезенных товаров по коду 8302 50 000 0 ТН ВЭД4. Общество, не согласившись с выводами таможенного органа, обратилось в суд с заявлением о признании вынесенного решения недействительным. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления общества отказано. По мнению судов, исходя из текста товарной субпозиции 8302 50 «вешалки для шляп, крючки для шляп, кронштейны и аналогичные изделия» по данному коду должны классифицироваться все кронштейны, изготовленные из недрагоценных металлов вне зависимости от способа их использования. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и удовлетворяя заявленные обществом требования, обратила внимание на следующее. Участники внешнеэкономической деятельности вправе ожидать, что осуществляемая в соответствии с ТН ВЭД классификация товаров, имеющая значение в том числе для определения размера таможенных платежей, будет носить объективный, предсказуемый и прозрачный характер и не будет зависеть от усмотрения таможенных органов. Решающее значение для классификации товара по ТН ВЭД должны иметь его объективные характеристики и свойства, как они определены в тексте товарной позиции (субпозиции), соответствующих примечаниях к разделам или группам. Одним из объективных критериев классификации при этом может выступать предполагаемое использование товара, 3 Крепежная арматура, фурнитура и аналогичные изделия из недрагоценных металлов, используемые для мебели, дверей, лестниц, окон, штор, в салонах транспортных средств, шорных изделий, чемоданов, ящиков, шкатулок или аналогичных изделий; вешалки для шляп, крючки для шляп, кронштейны и аналогичные изделия из недрагоценных металлов; мебельные колеса с крепежными приспособлениями из недрагоценных металлов; автоматические устройства из недрагоценных металлов для закрывания дверей: − прочие. 4 Крепежная арматура, фурнитура и аналогичные изделия из недрагоценных металлов, используемые для мебели, дверей, лестниц, окон, штор, в салонах транспортных средств, шорных изделий, чемоданов, ящиков, шкатулок или аналогичных изделий; вешалки для шляп, крючки для шляп, кронштейны и аналогичные изделия из недрагоценных металлов; мебельные колеса с крепежными приспособлениями из недрагоценных металлов; автоматические устройства из недрагоценных металлов для закрывания дверей: − вешалки для шляп, крючки для шляп, кронштейны и аналогичные изделия. 7 если юридическая значимость этого классификационного признака обусловлена описанием соответствующей товарной позиции (субпозиции). Судами установлено, что предметом внешнеторговых контрактов общества является разработка и поставка систем и комплектующих изделий для самолетов. Оспоренные обществом решения о классификации приняты таможенным органом в отношении комплектов кронштейнов, являющихся комплектующими изделиями для крепления деталей самолета (боковых панелей; облицовки дверного проема; потолочной панели; багажных полок), а также для установки деталей крепления кухни, опоры системы водоснабжения, системы удаления отходов, стойки оборудования для системы водоснабжения и удаления отходов. Таким образом, ввезенные обществом товары, являясь крепежной арматурой, позволяющей обеспечивать соединение различных комплектующих самолета с его фюзеляжем и элементов салона самолета, по своему предполагаемому использованию отвечают описанию товарной позиции 8302 применительно к коду 8302 49 000 9 ТН ВЭД. В субпозиции 8302 49 «крепежная арматура, фурнитура и аналогичные изделия прочие», вопреки выводам судов об ограниченной области ее применения, допускается классификация крепежной арматуры, используемой для производства авиационных двигателей (код 8302 49 000 1) и прочего использования (код 8302 49 000 9). Cоглашаясь с доводами таможенного органа о классификации товаров в субпозиции 8302 50 «вешалки для шляп, крючки для шляп, кронштейны и аналогичные изделия», суды ошибочно придали решающее значение наличию в описании спорных товаров слова «кронштейн», то есть руководствовались наименованием товаров, а не их объективными характеристиками и свойствами, в том числе, предполагаемым использованием.
2. При проверке законности решения таможенного органа о классификации товаров должны учитываться решения Евразийской экономической комиссии, принятые в соответствии с таможенным законодательством в целях обеспечения единообразного применения ТН ВЭД относительно спорных товаров. Общество обратилось в таможенный орган с заявлением о внесении изменений (дополнений) в сведения, ранее заявленные в таможенных декларациях на ввезенные товары (перфораторы сетевые со встроенным 8 электрическим двигателем), путем переквалификации с субпозиции 8467 215 на субпозицию 8467 296 ТН ВЭД. По результатам проведения проверки таможенным органом принято решение об отказе во внесении изменений (дополнений) в заявленные в декларациях сведения, поскольку назначение и характеристики товара соответствуют требованиям, предъявляемым к сверлильному оборудованию, включаемому в субпозицию 8467 21 ТН ВЭД. Общество, не согласившись с решением таможенного органа, обратилось в суд с требованием о признании его незаконным. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, заявленное обществом требование удовлетворено. При рассмотрении спора суды исходили из того, что перфораторы являются электроинструментами, выполняющими несколько различных функций, поэтому оснований для отнесения перфоратора к субпозиции 8467 21 ТН ВЭД «дрели всех типов» не имеется. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и принимая решение об отказе обществу в удовлетворении заявленного требования, обратила внимание на следующее. Классификация товаров по ТН ВЭД осуществляется согласно Основным правилам интерпретации. В качестве критериев для классификации выступают материалы, из которых изготовлены товары, функции, выполняемые товарами, их целевое назначение, что определяется исходя из текстов товарных позиций ТН ВЭД, примечаний к разделам и группам. Из текста товарной позиции 8467 ТН ВЭД и Пояснений к ней следует, что в данную позицию включаются инструменты, имеющие в своем составе электродвигатель, двигатель, работающий от сжатого воздуха, двигатель внутреннего сгорания или любой другой двигатель. В товарную субпозицию 8467 21 ТН ВЭД включаются электрические дрели всех типов. Текст субпозиции усилен словом «всех», то есть любых, всеобщих типов, в том числе даже частично подпадающих под определение «дрель», независимо от того, какие дополнительные функции выполняет товар кроме сверления. Как видно из описания субпозиций 8467 21 «дрели всех типов» и 8467 29 «прочие» ТН ВЭД, первая из них применяется, если товар 5 Инструменты ручные пневматические, гидравлические или со встроенным электрическим или неэлектрическим двигателем: − со встроенным электрическим двигателем: − дрели всех типов. 6 Инструменты ручные пневматические, гидравлические или со встроенным электрическим или неэлектрическим двигателем: − со встроенным электрическим двигателем: − прочие. 9 представляет собой дрель или один из ее типов, а вторая применяется, если товару не соответствует ни одна из вышестоящих субпозиций. Согласно описанию спорного товара он предназначен для перфорации в бетоне, кирпиче и камне, а также для легких долбежных работ. Товар также пригоден для безударного сверления в древесине, металле, керамике пластмассе, для заворачивания и выворачивания винтов. Таким образом, спорный товар полностью соответствует тексту субпозиции «дрели всех типов», исходя из Основных правил интерпретации подлежит классификации в субпозиции 8467 21 ТН ВЭД, которая к тому же более точно описывает классифицируемый товар. Правильность классификации по коду 8467 21 данного типа товаров подтверждается Решением Коллегии ЕЭК от 3 октября 2024 года № 110 «О классификации перфоратора в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза», согласно которому перфоратор, представляющий собой ручной инструмент вращательного действия со встроенным электрическим двигателем, предназначенный для ударного и простого сверления отверстий в различных материалах, долбления бетона, кирпичей и природного камня, имеющий дополнительно функцию закручивания/выкручивания винтов либо без нее, в соответствии с правилами 1 и 6 Основных правил интерпретации классифицируется в субпозиции 8467 21 ТН ВЭД. Указанное решение принято Коллегией ЕЭК в рамках реализации полномочий, установленных пунктом 1 статьи 22 ТК ЕАЭС, в целях обеспечения единообразного применения ТН ВЭД в государствах − членах Союза. Таким образом, совокупность установленных судами по делу обстоятельств свидетельствует о правильности избранной таможенным органом классификации товаров по ТН ВЭД и об отсутствии оснований для изменения классификации ввезенного декларантом товара. Происхождение товаров
3. Страна происхождения товара подтверждается сертификатом о происхождении товара при отсутствии доказательств его недостоверности. При декларировании ввезенных товаров общество указало в качестве страны происхождения Королевство Таиланд и предоставило сертификаты 10 о происхождении товаров, выданные уполномоченным органом данного государства. После выпуска товаров таможенный орган пришел к выводу о том, что происхождение товара не подтверждено, поскольку общество не является получателем товаров, указанным в сертификатах (грузополучателем указана компания, зарегистрированная в Китайской Народной Республике), следовательно, представленные сертификаты не относятся к спорным товарам. На этом основании таможней принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, в части антидемпинговой пошлины. Не согласившись с решением таможенного органа, общество оспорило его в судебном порядке. Решением суда первой инстанции заявленные обществом требования удовлетворены, поскольку сертификаты не являются недостоверными. Суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд кассационной инстанции, отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявления общества, исходя из того, что представленные декларантом сертификаты выданы не обществу, а иному грузополучателю. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций и оставляя в силе решение суда первой инстанции, обратила внимание на следующее. В случае применения мер защиты внутреннего рынка (специальные защитные, антидемпинговые и компенсационные меры), обусловленных происхождением товара, происхождение аналогичных товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, должно быть обязательно подтверждено сертификатом о происхождении товара (пункт 1 статьи 48 Договора о ЕАЭС, пункт 25 Правил определения происхождения товаров). Согласно пункту 1 статьи 314 ТК ЕАЭС, определяющей особенности таможенного контроля происхождения товаров, такой контроль включает проверку документов о происхождении товаров, сведений о происхождении товаров, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, в том числе проверку достоверности сведений, содержащихся в документах о происхождении товаров, подлинность сертификатов о происхождении товаров, правильность их оформления и (или) заполнения. Пункт 5 этой статьи закрепляет перечень случаев, когда происхождение товара считается неподтвержденным, а именно: не представлены обязательные документы о происхождении товаров; 11 выявлена недостоверность сведений, содержащихся в документах о происхождении товаров; сертификат о происхождении товара не является подлинным либо оформлен и (или) заполнен с нарушением требований к порядку его оформления и (или) заполнения; государственным органом или уполномоченной организацией, выдавшей и (или) уполномоченной проверять сертификат о происхождении товара, в срок, установленный правилами определения происхождения ввозимых товаров, не представлены ответ на запрос, и (или) дополнительные документы, и (или) сведения. При этом допускается определение ЕЭК иных случаев, когда происхождение товара считается неподтвержденным (пункт 43 Правил определения происхождения товаров). Таким образом, действующим правовым регулированием установлен исчерпывающий перечень обстоятельств, дискредитирующих конкретный сертификат о происхождении товара, а значит и содержащуюся в нем информацию о стране происхождения товара. Иных случаев, когда происхождение товара считается не подтвержденным на основании такого сертификата, указанными положениями не предусмотрено. При этом несоответствие других сведений в документе о происхождении товара не отнесено к основаниям для признания происхождения неподтвержденным. Кроме того, изменение в ходе обычной хозяйственной деятельности (в результате заключения гражданско-правовых сделок в отношении товара в процессе его транспортировки) страны назначения товара или грузополучателя не влечет возникновения обязанности осуществить замену ранее выданного (в стране вывоза или производства) сертификата о происхождении, подлинность которого при этом не ставится под сомнение. Такие обстоятельства невозможно классифицировать как требующие получения нового сертификата. При декларировании обществом были представлены пояснения, согласно которым спорный товар произведен компанией, зарегистрированной в Королевстве Таиланд. Первоначально поставка товара должна была осуществляться через территорию Китайской Народной Республики, в связи с чем зарегистрированная в ней компания указана в сертификатах в качестве грузополучателя. Общество заключило контракт с компанией, зарегистрированной в Объединенных Арабских Эмиратах, которая приобрела спорный товар и передала заявителю вместе с сертификатами. Приведенные обстоятельства послужили причиной, по которой в качестве грузополучателя товаров в сертификатах указан не декларант, 12 а иное лицо. При таком положении у таможенного органа отсутствовали основания для вывода о неподтверждении происхождения задекларированного товара и применения антидемпинговых пошлин. Определение таможенной стоимости товаров
4. В случае установления взаимосвязи продавца и покупателя обязанность по доказыванию отсутствия ее влияния на цену ввозимого товара возлагается на декларанта. Во исполнение внешнеторгового контракта общество ввезло на таможенную территорию товары (фрукты) и представило их к таможенному оформлению, определив таможенную стоимость исходя из указанной в контракте цены (по стоимости сделки с ввозимыми товарами). Таможенный орган установил, что декларант приобрел товар по цене, заниженной в сравнении с ценами на аналогичные товары, и сделка совершена между взаимосвязанными лицами, поскольку доля продавца в уставном капитале общества составляет 100 %. При этом общество не представило доказательств, опровергающих признаки недостоверного определения таможенной стоимости. По результатам таможенного контроля принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, которым определена более высокая таможенная стоимость товаров. Общество обратилось в суд с заявлением к таможенному органу о признании указанного решения недействительным. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных обществом требований отказано. Суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд кассационной инстанции, отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил заявление общества. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций и оставляя в силе решение суда первой инстанции, обратила внимание на следующее. Исходя из пункта 13 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью. Для применения метода определения таможенной стоимости по сделке с ввозимыми товарами необходимо соблюдение ряда условий. Одним 13 из таких условий является исключение влияния факта взаимосвязи покупателя и продавца на стоимость сделки. Согласно пункту 5 статьи 39 ТК ЕАЭС в случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, представленной декларантом или полученной таможенным органом иным способом, таможенный орган обнаружит признаки того, что взаимосвязь между продавцом и покупателем повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, таможенный орган в письменной или электронной форме сообщает декларанту об этих признаках. В таком случае таможенный орган проводит таможенный контроль, в том числе анализ сопутствующих продаже обстоятельств. Разъясняя содержание данной нормы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации отметил, что в тех случаях, когда указание о совершении сделки с ввозимыми товарами между взаимосвязанными лицами сделано при декларировании товаров либо взаимосвязь участников сделки установлена при проведении таможенного контроля и таможенным органом выявлены признаки недостоверного декларирования таможенной стоимости, декларант обязан подтвердить, что фактически уплаченная или подлежащая уплате за товар цена была установлена в отсутствие влияния на нее взаимосвязи сторон сделки, в том числе посредством раскрытия информации о ценообразовании (пункт 20 постановления Пленума № 49). Следовательно, при совершении сделки между взаимосвязанными лицами именно на декларанта возлагается обязанность по доказыванию отсутствия влияния взаимосвязи продавца и покупателя на цену товара. В данном деле таможенный орган выявил в ходе таможенного контроля факторы риска, позволяющие с высокой долей вероятности допустить влияние взаимосвязи продавца и покупателя на стоимость сделки ввиду отклонения заявленной при декларировании стоимости товара от сложившихся цен на идентичные товары. Таможенный орган предлагал декларанту воспользоваться правами, предусмотренными подпунктами 1 и 2 пункта 5 статьи 39 ТК ЕАЭС, и представить документы, обосновывающие достоверность заявленной при декларировании цены поставляемого товара. Однако общество в ходе проведения мероприятий таможенного контроля не раскрыло сведения о ценообразовании, которое применялось при ввозе товаров на территорию Российской Федерации. Экспортная декларация, инвойсы, банковские и прочие документы, представленные декларантом, в сложившейся ситуации не могли быть признаны судами надлежащими доказательствами при проверке 14 достоверности примененного обществом метода таможенной оценки, поскольку таможенный орган не оспаривал факт совершения сделки и оплату поставленного товара, но ставил под сомнение исключительно механизм ценообразования и требовал доказать отсутствие влияния взаимосвязи с продавцом на цену сделки.
5. Платежи иностранного покупателя за перевозку (транспортировку) товара по территории Российской Федерации включаются в таможенную стоимость экспортируемого товара, если они фактически представляют собой часть стоимости вывозимого товара. Общество осуществляло экспорт древесины на основании заключенных внешнеторговых контрактов и в качестве таможенной стоимости вывозимых товаров при их декларировании указало договорную цену древесины. Таможенным органом проведена внеплановая таможенная проверка, по результатам которой в таможенную стоимость включено агентское вознаграждение, полученное обществом от иностранного покупателя за осуществление поиска подвижного состава для доставки древесины от станции отгрузки до пограничной железнодорожной станции. Не согласившись с решением таможни в части включения в таможенную стоимость расходов на перевозку товаров по территории Российской Федерации, общество оспорило его в судебном порядке. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных обществом требований отказано. Суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд кассационной инстанции, отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил заявление общества. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций и оставляя в силе решение суда первой инстанции, обратила внимание на следующее. На основании пункта 4 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, вывозимых с таможенной территории Союза, определяется в соответствии с законодательством о таможенном регулировании государства − члена Союза, таможенному органу которого осуществляется таможенное декларирование товаров. Порядок определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации, устанавливает Правительство Российской Федерации (часть 2 статьи 23 Закона о таможенном 15 регулировании). В соответствии с пунктами 8 и 12 Правил определения таможенной стоимости вывозимых товаров основой определения таможенной стоимости должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами − цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за товары при их продаже на вывоз из Российской Федерации в страну назначения. Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за оцениваемые (вывозимые) товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу и (или) иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме (пункт 19 Правил определения таможенной стоимости вывозимых товаров). Исходя из приведенных положений цена, фактически уплаченная за вывозимый товар, включает открытый перечень платежей, осуществленных или подлежащих осуществлению в целях достижения конечного результата внешнеторговых сделок (экспорта товаров). Такие платежи считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если в силу усмотрения участников оборота они не были включены в контрактную цену товаров. Расходы на перевозку (транспортировку) влияют на действительную стоимость перевозимых товаров и, соответственно, подлежат учету при их таможенной оценке как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с вывозимыми товарами), если данные расходы, по сути, представляют собой часть цены товара, но не вошли в контрактную цену вследствие манипулирования отдельными компонентами стоимости сделки со стороны участников внешнеторгового оборота путем ее искусственного (экономически неоправданного) разделения между несколькими гражданско-правовыми договорами. В таком случае расходы на перевозку (транспортировку) экспортируемого товара должны рассматриваться как оплата стоимости самого товара, произведенная опосредованно (косвенный платеж). В рассматриваемом случае по всем декларациям на товары приемка товара по качеству осуществлена иностранным покупателем не в момент отгрузки лесопродукции на территории Российской Федерации, как это предусмотрено внешнеторговыми контрактами, а после убытия товара с таможенной территории. В платежных поручениях иностранных покупателей при перечислении оплаты по агентским договорам 16 систематически указывались счета (инвойсы), выставленные обществом со ссылкой на внешнеторговые контракты по поставке лесопродукции. Иностранные покупатели производили оплату по агентским договорам обществу, которое номинально перестало быть собственником лесопродукции и формально получало оплату за перевозку чужих товаров, но при этом в действительности по своей экономической сути данные платежи представляли собой оплату за товары и, следовательно, подлежали включению в стоимость сделки для целей исчисления таможенной стоимости. В другом деле общество обратилось в суд с заявлением о признании незаконными решения таможенного органа в части включения в таможенную стоимость расходов на транспортировку товаров от станции отправления до морского порта на территории Российской Федерации. Решением суда первой инстанции заявленные требования удовлетворены. Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления отказано. Отменяя постановление суда апелляционной инстанции и оставляя в силе решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал на следующее. Исходя из условий внешнеторговых контрактов, общество осуществляет экспорт металлопродукции иностранной компании, которая обязуется принимать, оплачивать и вывозить приобретенный товар за пределы таможенной территории Российской Федерации. По условиям контрактов право собственности на товар переходит в момент передачи перевозчику на железнодорожной станции отправления товара (базис поставки FCA в соответствии с Международными правилами толкования торговых терминов «Инкотермс 2010»). Квалифицирующий признак базиса поставки FCA заключается в том, что именно покупатель оплачивает транспортные расходы на доставку товара, а также принимает на себя риск случайной гибели в момент передачи товара перевозчику на станции отправления7. Материалами дела подтверждено, что при перемещении товара от железнодорожной станции до морского порта расходы на перевозку несла иностранная компания (покупатель) в пользу транспортной компании (экспедитора). Доказательств того, что фактические правоотношения сторон 7 Пункты «А4», «Б5», «Б6» FCA Международных правил толкования торговых терминов «Инкотермс 2010». 17 предполагали иное распределение обязательств по оплате доставки, а так же того, что условия поставки FCA избраны с целью сокрытия расходов на перевозку товара, суду представлено не было. При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел к выводу о необоснованности включения в таможенную стоимость расходов на транспортировку товаров от станции отправления до морского порта на территории Российской Федерации.
6. Расходы на перевозку (транспортировку) импортируемых товаров по таможенной территории Союза могут подтверждаться различными доказательствами в зависимости от видов заключенных гражданско-правовых договоров и особенностей их условий, средств перевозки (транспортировки) товаров. Во исполнение внешнеторгового контракта, заключенного между обществом и иностранной компанией, на таможенную территорию ЕАЭС ввезены товары, таможенная стоимость которых определена с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами. При этом заявлен вычет расходов на транспортировку товаров после их прибытия на территорию ЕАЭС. В представленных обществом заказах и инвойсах стоимость перевозки товаров выделена отдельно. По результатам проведенной проверки таможенный орган принял решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларациях, полагая, что заявленные к вычету из цены сделки расходы на транспортировку товаров документально не подтверждены ввиду непредставления декларантом договора перевозки (договора транспортной экспедиции) в отношении спорного товара. Не согласившись с решениями таможенного органа, общество обратилось в суд. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления общества отказано. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не согласилась с выводами судов, признала незаконными и отменила решения таможенного органа в связи со следующим. В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории Союза от места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза при условии, что эти расходы выделены из цены, 18 фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально. Таможенное законодательство не содержит заранее установленного перечня документов, которые представляются при декларировании для целей подтверждения соблюдения условий, установленных подпунктом 2 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС. Соблюдение данных условий может подтверждаться различными доказательствами в зависимости от особенностей гражданско-правовых договоров, избранных поставщиком средств перевозки (транспортировки) товаров и т.п. С учетом положений пункта 1 статьи 38 ТК ЕАЭС предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой (пункт 12 постановления Пленума № 49). В случае если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу, непредставление указанных документов не может являться единственным основанием для перерасчета таможенной стоимости товара. Заключенный обществом внешнеэкономический контракт на условиях поставки DAP в соответствии с Международными правилами толкования торговых терминов «Инкотермс 2010» означает, что продавец передает товар, выпущенный в таможенном режиме экспорта, названному им перевозчику для перевозки товара до места назначения. Продавец обязан оплатить расходы и фрахт, необходимые для доставки товара в указанное место назначения. В соответствии с данными условиями поставки продавец должен нести все расходы и риски, связанные с доставкой товара до места назначения. В подтверждение таможенной стоимости товаров декларантом были представлены копии заказов, инвойсы, коносаменты, в которых стоимость перевозки до и после прибытия товаров на таможенную территорию ЕАЭС выделена отдельно. Обязанность поставщика по представлению покупателю иных документов контракт не содержит. Каких-либо доказательств, опровергающих соответствие действительности заявленных обществом сведений о расходах на перевозку (транспортировку) товаров, а также относимость этих расходов к задекларированным товарам, таможенным органом в ходе рассмотрения дела не представлено. При таких обстоятельствах произведенный таможенным органом расчет таможенной стоимости товаров на основе стоимости сделки 19 с ввозимыми товарами без вычета расходов на перевозку (транспортировку) товаров после их прибытия на таможенную территорию Союза привел к произвольному определению таможенной стоимости поставленных товаров. Поскольку декларантом таможенному органу были представлены необходимые доказательства, подтверждающие обоснованность вычета расходов на транспортировку товаров после их прибытия на территорию ЕАЭС, заявление общества подлежит удовлетворению. В другом деле общество обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения таможенного органа, которым исключены заявленные декларантом вычеты расходов на транспортировку товаров после их прибытия на таможенную территорию Союза. Решением суда первой инстанции заявленные обществом требования удовлетворены. Суд исходил из того, что общество подтвердило заявленные вычеты, представив коммерческие инвойсы, в которых содержатся раздельные сведения о стоимости транспортных услуг по доставке груза на территорию Российской Федерации и вне территории Российской Федерации, приведены ставки на перевозку товаров. Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявления общества, отметив, что расчет транспортных расходов в коммерческих инвойсах произведен самим иностранным поставщиком, однако в расчете отсутствуют ссылки на какие-либо доказательства того, кем и с учетом каких условий установлены тарифы, обозначенные продавцом. Суд кассационной инстанции отменил постановление суда апелляционной инстанции и оставил в силе решение суда первой инстанции. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, отметила следующее. Понятие «расходы на перевозку (транспортировку)» имеет автономное значение для целей главы 5 «Таможенная стоимость товаров» ТК ЕАЭС и охватывает затраты, отвечающие критерию связи с перемещением товаров. Вид гражданско-правового договора, в рамках исполнения которого понесены затраты (перевозки, транспортной экспедиции, агентирования, комиссии или др.), число привлеченных к перемещению товаров субъектов (перевозчики, экспедиторы, агенты и т.п.) и иные подобные обстоятельства юридического значения для целей таможенной оценки не имеют. В то же время представляемые документы во всяком случае должны 20 отвечать требованиям, установленным пунктами 9−10, 13 статьи 38 ТК ЕАЭС, то есть исключать риски произвольного определения таможенной стоимости, выступая источником достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, позволяя таможенному органу убедиться в ее соответствии действительности. В обоснование характера и размера расходов на перевозку (транспортировку) товаров общество представило только документы, выданные иностранным поставщиком, в том числе выставленные им инвойсы на товары. Документы, подтверждающие стоимость перевозки (транспортировки) задекларированных товаров, общество не представило, поскольку иностранная компания отказала в их передаче. Вместе с тем таможенным органом в ходе рассмотрения дела отмечалось, что иностранная компания и общество являются взаимосвязанными лицами по смыслу статьи 37 ТК ЕАЭС, о чем имеется указание в декларациях на товары. Ни декларант, ни взаимосвязанный с ним иностранный поставщик не раскрыли доказательства, подтверждающие действительное применение перевозчиками (экспедиторами) тех тарифов, с использованием которых в инвойсах поставщика была определена и указана стоимость расходов на перевозку (транспортировку) товаров. Приведенные доводы имели значение для правильного разрешения дела, поскольку в своей совокупности они могут указывать на произвольность заявленных в декларациях вычетов расходов на перевозку (транспортировку) и свидетельствовать о том, что своим поведением общество лишило таможенный орган возможности убедиться в достоверности и правильности применения названных вычетов, что несовместимо с положениями пунктов 9−10 и 13 статьи 38 ТК ЕАЭС. Поскольку судами не установлены обстоятельства, имеющие значение для оценки законности оспариваемого решения таможенного органа, дело направлено на новое рассмотрение.
7. Лицензионные платежи подлежат включению в таможенную стоимость ввезенных товаров, если в отсутствие таких платежей фактически не могла быть осуществлена продажа оцениваемых товаров в страну импорта. По результатам проведенной проверки таможенный орган пришел к выводу, что в таможенную стоимость задекларированных обществом товаров должно включаться вознаграждение за использование ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения 21 иностранной компании по договору коммерческой концессии, в связи с чем принял решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларациях на товары. Общество обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения таможенного органа. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, заявленное обществом требование удовлетворено. При этом суды исходили из того, что договоры поставки и коммерческой концессии не содержат положений об уплате спорных лицензионных платежей покупателем в качестве условия продажи ввозимых товаров. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и принимая решение об отказе обществу в удовлетворении заявленного требования, обратила внимание на следующее. В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС к таможенной стоимости ввозимых товаров, определяемой по стоимости сделки с ними, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС. Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и их уплата является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию Союза (пункт 17 постановления Пленума № 49). Исходя из приведенных положений включение лицензионных платежей в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т. п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты лицензионных платежей в качестве условия продажи товаров. В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов 22 интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В таких случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях. При определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только юридически (на законном основании), но и фактически (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом). Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний, могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки. Согласно материалам дела общество является импортером одежды, обуви и аксессуаров, маркированных товарным знаком Bershka, которые реализуются в фирменных розничных магазинах Bershka в Российской Федерации, а также через интернет-магазин. Ввоз одежды, обуви и аксессуаров осуществляется обществом на основании договоров поставки, заключенных с компанией, зарегистрированной в Испании. Также общество ввозит оборудование для магазинов на основании договора поставки, заключенного с компанией, зарегистрированной в Нидерландах. Помимо этого, с компанией, зарегистрированной в Нидерландах и являющейся поставщиком оборудования, обществом заключен договор коммерческой концессии, согласно которому иностранный правообладатель предоставляет обществу (пользователь) право на использование товарного знака Bershka, а также ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого 23 обозначения. За использование товарного знака договор коммерческой концессии предусматривает уплату вознаграждения в размере 1,5 % от фактурной стоимости ввезенного товара. Все указанные компании входят в одну группу лиц вместе с обществом. Совокупность приведенных обстоятельств свидетельствует о том, что в данном случае деятельность общества состояла исключительно в дистрибуции товаров Bershka (лицензионные платежи относятся к ввезенным товарам) и экспорт товаров для ввоза в Российскую Федерацию без заключения договора коммерческой концессии не предполагался исходя из особенностей деятельности группы компаний. Следовательно, выводы судов о том, что права, предоставленные по договору коммерческой концессии, служат только для индивидуализации предприятия и используются в его административно-хозяйственной деятельности, не могли быть признаны основанием для удовлетворения заявленных требований. В другом деле обществом ввезены на таможенную территорию ЕАЭС и задекларированы товары, содержащие нанесенный товарный знак: пробки для укупорки бутылок, посуду и столовые приборы. По результатам проведенной проверки таможенный орган произвел перерасчет
8. ГК РФ Гражданский кодекс Российской Федерации
9. НК РФ Налоговый кодекс Российской Федерации
10. КТМ РФ Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации
11. КоАП РФ Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях 3
12. ТК ЕАЭС Таможенный кодекс Евразийского экономического союза
13. АПК РФ Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации
14. КАС РФ Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации
15. Закон о таможенном регулировании Федеральный закон от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»
16. Правила определения таможенной стоимости вывозимых товаров Правила определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 16 декабря 2019 года № 1694
17. постановление Пленума № 49 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019 года № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»
18. ЕЭК Евразийская экономическая комиссия
19. НДС Налог на добавленную стоимость 4 В целях обеспечения единообразного подхода к разрешению судами дел, связанных с применением таможенного законодательства, Верховным Судом Российской Федерации на основании статьи 126 Конституции Российской Федерации, статей 2 и 7 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» определены следующие правовые позиции. I. Вопросы применения общих положений законодательства о таможенном регулировании Классификация товаров при таможенном декларировании